Сказание о Кербеле

Абдулла сказал: «Этот человек говорит, что своими собственными глазами видел, как головы Муслима и Хани полетели с плеч долой, а тела их, привязанные веревкой за ноги, таскали по базару. Люди остолбенели и уставились, как истуканы, на это зрелище».

От этих слов будто настоящее пламя разгорелось в сердцах членов племени. Имам произнес: «Поистине, Аллаху мы принадлежим и к Аллаху вернемся. Да помилует их Аллах. После их смерти больше нет добра в этой жизни, и самой жизни нет».

* * *

Солнце стояло в зените, когда один из сподвижников Имама Хусейна произнес: «Аллах велик!» Имам спросил его, что случилось.

Тот отвечал: «Я вижу оазис с финиковыми пальмами».

Несколько человек из числа сподвижников сказали: «Ей-Богу, до сих пор мы не встретили в окрестностях ни одной финиковой пальмы».

Имам сказал: «Это войско пришло сюда, чтобы встретить нас».

Это и впрямь оказался Хурр, выступивший по приказу Ибн Зийада с тысячей всадников, чтобы остановить продвижение Хусейна.

* * *

Хурр вместе со своими солдатами подъехал к подножию горы Зу Хосм и догнал караван Имама Хусейна.

Воины устали и очень хотели пить. Имам отдал приказ напоить Хурра, его солдат и даже лошадей.

Наступило время намаза. Прозвучал азан, и люди Имама приготовились читать молитву. Хурр и его солдаты также подошли и стали читать намаз за Имамом.

После полудня, когда Имам вознамерился двинуться в путь, Хурр преградил ему дорогу. Хусейн сказал: «Вы же сами написали мне письмо и пригласили меня в Куфу.

Но теперь, раз уж вы передумали, я больше не вернусь».

Хурр сказал ему: «Мне о том письме ничего не известно».

Имам бросил Хурру письмо, что написали ему куфийцы. Хурр возразил: «Мы не писали тебе никаких писем. У нас есть приказ – привести тебя в Куфу, к Убайдулле ибн Зийяду».

Имам сказал: «Для тебя будет лучше умереть, чем отвести нас к Ибн Зийаду». Затем он повернулся к своим людям и велел им: «Садитесь же верхом, мы уезжаем».

Хурр и его солдаты снова заградили путь Имаму.

Имам сказал: «Да будет твоя мать скорбеть по тебе. Что тебе нужно от нас?»

Хурр опустил голову и сказал: «Любому другому, кто говорил так, за исключением тебя, я давал такой же ответ. Но, клянусь Богом, я не могу сказать о твоей матери ничего, кроме самых лучших слов».

Хурр отличался прекрасными манерами.

* * *

Беседа двух военачальников затянулась. Хурр сказал Хусейну: «Я не обязан воевать с тобой. Мне приказано только отвезти вас в Куфу.