Тайный сад женской души

Я замужняя женщина, счастлива в браке, но вот силой вытолкнуть прошлое из сердца у меня не получалось.

Я всё же иногда бегала по вечерам, но, как и подозревала, каждый раз теперь искала глазами знакомый силуэт в капюшоне. Завидев вдалеке похожих мужчин, я судорожно вглядывалась, боясь и надеясь одновременно, что бегуном окажется Федя. Но это был не он. А так хотелось этой встречи, наедине, без мужа и дочки, высказать ему всё, а теперь ещё и поколотить за молчание.

Постепенно жизнь встала на прежние рельсы. Как-то раз мы снова гуляли с дочкой.

Обойдя пару детских площадок, Лена вдруг позвала меня в сторону оживлённой дороги. Я не спеша везла коляску, как вдруг увидела вдалеке бегущего Федю. Сердце бешено заколотилось. Я попыталась его окликнуть, но мой голос затихает в самые неподходящие моменты, и мужчина, конечно же, не услышал меня.

– Ну что, Ленка, побежали за дядей?

И я рванула вперёд, везя перед собой коляску с удивлённой дочкой.

Федя бежал быстро… Я мчалась по широкой дороге, улыбаясь во весь рот.

Мне было так смешно от самой себя. Разве нормальная женщина с ребёнком будет нестись сломя голову за мужиком на пробежке? Но мне непременно нужно было поговорить с этим типом без мужа. Я чувствовала недосказанность, и тишина в ответ на смску меня мучила. Раз уж выпал шанс и я снова его встретила, нужно им воспользоваться.

Я бежала и бежала, а расстояние между нами всё не уменьшалось. Лена уже от души веселилась и подключилась к погоне: вцепившись в ручки коляски, она всем телом подалась вперёд и изо всех сил вытягивала шею.

Я начала запыхаться, прохожие удивлённо глазели на меня. Я снова попыталась окликнуть Федю, и он обернулся:

– О, Маша! Громче надо кричать!

– Я не умею, – закатив глаза, пробубнила я в ответ.

– Дай хоть тебя поцелую, – и он притянул меня в свои объятия, поцеловал в щёку.

На самом деле мне тоже хотелось обнять его ещё в первую встречу, но при муже было неудобно и казалось неправильным. Мне всегда было непонятно, как же нужно вести себя при Славике.

Я не могу резко перестать быть собой, изображая отчуждённость и неприступность при встрече с прошлым, но и ринуться в объятия представляется теперь диким и неприемлемым.

В то же время, мне не понять людей, которые умудряются после расставания дружить семьями, поддерживать отношения, спокойно общаться. Увидев Федю, мне захотелось подурачиться с ним, как бывало в театре, ведь сколько радости мне всегда доставляли его реакции на мои выходки.