Лицемеры

Вторую Мону Лизу хочешь зафигачить, я не пойму?

– Так запрос непростой. Автор желает, чтобы у героя на обложке была, как он выразился, полуулыбка, что сочетала бы в себе недовольство, грусть и скрытое превосходство одновременно. Я клянусь, так и запросил, – поклялся Дик, заметив, как округлились глаза его начальника.

– Так это еще и герой, а не героиня…

– Да, волосы он попросил сделать на женский манер, чтоб передать неоднозначность персонажа…

– Оставь как есть, – отрезал Боб. – Он еще не то попросит, а все равно останется недовольным, сам же знаешь.

Они ведь платят за то, чтобы мы воплощали их заскоки, – подумал Дик, но промолчал. Под удовлетворительный кивок Боба, он сохранил проект и поставил на обработку, а сам до хруста прогнулся в спине. Руперт разводил себе кофе, а Олдли все еще любезничал с новенькой. Дик украдкой поглядывал на нее.

Да, таким, как она, жилось непросто. Ни на что, кроме дешевых представлений в ее присутствии, она больше рассчитывать не могла.

Дик с некоторым стыдом признал себе, что и сам не был с ней достаточно правдив, не отплатив ей ни центом своего внимания. Но уж лучше так, чем маскировать свое шевеление в трусах радушием, обходительностью и гостеприимством, как это сделали его коллеги. И псевдомаскулинностью, как это сделал Шон. Настырный и болтливый, но в общем-то неконфликтный парень, не был еще ранее замечен за попыткой кого-то уязвить.

И эта Жаклин была бы глупа, если бы не понимала всего этого маскарада в ее честь, но ведь ей же здесь еще работать. Так что какое-то время она будет вынуждена им всем подыгрывать, а дальше уже как себя зарекомендует. Или смотря какой пост займет. Тем, кто располагает хоть какой-то властью, вообще не надо притворяться и подыгрывать, они могут получать необходимое и без улыбки. Но от лжи вокруг это все равно не спасет.

Дик задумался, какая бы у него была жизнь, располагай он властью. Будь он, скажем, президентом, лжи вокруг было бы столько, что нечем было дышать. И долго бы он так протянул, без воздуха? Это ему еще повезло, что он художник в мелком издательстве. Мужчина, ростом ниже среднего. Имущества как такового нет. Нет связей. Нет идей, как здорово провести время. И добрых слов у него тоже нет, ведь он предпочитает правду.