Загадочная история в Совете Земли

Молния разверзла сгустившиеся облака, и летний дождик превратился в настоящий ливень, в один момент превративший одежду полковника Санди в прилипшую к телу мокрую тряпку. Высокий, под сто восемьдесят шесть сантиметров ростом, с безупречной военной выправкой и густой темной нестриженой шевелюрой, большая часть которой была зачесана назад, а часть небрежно свисала на уши, прикрывая их наполовину. Его добрый взгляд серо-голубых глаз всегда казался уставшим. Скорее всего, он стал таким после всего, что ему пришлось пережить во времена военных операций с галактическими повстанцами, которых за свои сорок девять лет он провел без малого двести тридцать четыре без единого ранения и благополучно вышел в отставку.

– Филипп, нам уже пора.

– К черту!

– К черту пока рано. Не заставляйте меня затаскивать вас силой.

– Для этого вам придется выйти под дождь, доктор, – усмехнулся полковник Санди. И тут же пошатнулся, чуть не потеряв равновесие. В его ногу впились четыре лапы с острыми когтями.

Полковник Санди смахнул “агрессивного” питомца и недовольно зашагал к доктору Брандту под навес.

– Не боитесь, что он заржавеет от подобных ваших выходок? – спросил полковник Санди.

– Его каамолентовый скелет покрыт виренитами и саагоценами, как мясом и кожей. В нем ни грамма железа, почему он должен заржаветь? – невозмутимо сказал доктор Брандт. – Скорее вы сляжете с банальной простудой от таких вот прогулок.

– Одна таблетка, и я здоров.

– Филипп, всем этим можно заниматься, и не поражая свой организм инфекцией.

– Инфекция придает особый шарм и дает безусловный повод этому действу, – засмеялся полковник Санди. – Но никак не дает повода для того, чтобы травить на меня Келко и прерывать мое единение с природой. Пойдем, малыш, злой дядя Брандт пытается нас с тобой поссорить.

Полковник Санди потрепал Келко между ушами, тот довольно прищурился и заурчал.

Вообще, изначально Келко был обычным кейсом для переноса различных технических изобретений доктора Брандта, который плыл за ними по воздуху, куда бы они ни шли. Но доктору этого, видимо, было мало, и в один прекрасный день их верный кейс ожил. Он обрел голову под свой размер, уши, глаза, какое-то подобие рта и носа и сравнительно небольшую интеллектуальную систему.