Железо. Книга 1

Эти твари… Этот скот с волосней на морде, – его жуткое, исполосованное старыми порезами лицо скривилось, а пальцы на эфесе побелили, – охотно принимает к себе наших женщин и льет в их животы свое грязное семя. А те и рады стать его подстилками… А мужчин они делают рабами. Но те и не против – лишь бы голодом не морили. Таких лучше убивать своими руками, чем отдавать их в белые – вонючие и волосатые. Согласны?

Глаза Могуля горели, и он заглядывал в лица мальчишек, будто ища в них поддержки. Но те выглядели, как неживые.

– Смотрящий в Ночь стоит на границе, чтобы отлавливать предателей. Перехватывать их и потрошить. Врать в лицо родным убитого, врать своим женщинам, врать своим детям, и детям, что хотят присоединиться к нашим рядам. Смотрящие в Ночь нужны, чтобы сплачивать племя. Пусть и страхом. Пусть и ложью. Но по-другому никак.

– Воины тоже знают об этом? – чужим голосом спросил Ачуда.

Могуль придирчиво вглядывался в мальчика, прежде чем ответить.

– Оружием у нас оснащают лишь тех, кого до этого уже вооружили знаниями, и кто доказал свое умелое обращение с ними… – уклончиво произнес он.

Ачуда не выдержал, и его губы затряслись.

– Мой отец… Он все знал… Выходит, что мою мать…

Предвещающий Грозу брезгливо отвернулся, не вынося вида слез.

– Я же предупреждал, что девчонкам на границе не место… Твоему отцу надо было пристроить тебя на кукурузных полях к другим женщинам… Такой ты нам здесь не нужен. Или ты полагаешь, что к тебе будет особое отношение? Думаешь, что надавишь на своего папашу, и я разрешу тебе лить слезы на каждом углу?

Ачуда тяжело дышал, борясь со всхлипыванием, но голос Могуля все повышался, и сдерживаться становилось все труднее.

– Нет. Я не оставлю тебя на границе, – решил командир. – Да и к другим женщинам тебя тоже нельзя, ты все разболтаешь… Всех нас предашь. Тут только один выход…

Мальчик в слезах попятился.

– Мой отец – воин племени!.. Пусть он придет!..

– И что он сделает? Убьет тебя вместо нас?! – вскричал Могуль и тут же повернулся к Ориганни.

Тетива в теле друга, которая все это время была натянута, не выдержала и лопнула. Ориганни обмяк, и его ноги подкосились. Держась и опираясь на копье двумя руками, он поднял мутный взгляд на Предвещающего Грозу. Тот глядел теперь только на него и ждал.

– Ты не расслышал мой приказ?

Ориганни с трудом покосился на сгорбившегося в страхе Ачуду и покачал головой. Могуль шумно выдохнул.

– Наглости я не потерплю.