Конец эпохи Эдо

– Смотри, как эти беленькие червячки мило двигаются, туда сюда, туда сюда, давай мы им дадим отдохнуть, пальчики пади устали, отправим их поспать. Как ты предпочитаешь, их укладывать, по одному или всех разом? …– Пристально смотря в бегающие влажные глаза мученика, игриво произносила старуха.

Однако испуганный до смерти человек не мог ей ответить, только мычал все время что-то невнятное, иногда срываясь на крик, в агонии брызжа слюной.

– Не можешь ответить? Как жаль, тогда я сама выберу. Мне хочется отнестись к ним со всем трепетом, как мама бы отнеслась к своим деткам, это так прекрасно, очень жаль, что даже будучи верной женой, я так и не стала матерью, думаю, у меня бы получилось.

Кэнэо крепко держал жертву своей мертвой хваткой в то время как Дацуэ-ба резко ухватила большой палец когтистой лапой и безумно чавкая слюнявым клыкастым ртом, грубо тянула его на себя. Палец стал хрустеть, в том месте, где он сливался со стопой, появилось темное красноватое пятнышко, затем он стал растягиваться, кость уже была сломана, его держала одна только кожа, которая постепенно отслаивалась и вскоре вовсе лопнула от натяжения.

Старуха бросив в рот еще недавно шевелившийся палец принялась жадно жевать и рассасывать его, приговаривая.

– Ммммм, какой сладкий.

Крик бедолаги которому только что медленно оторвали палец разносился повсюду.

– Чего вопишь? Аааа, ты наверно недоволен, что я тебе не предложила, где же мои манеры, ты уж прости старую женщину…– Она выплюнула немного разжеванный палец себе на руку и поднесла к его мечущемуся из стороны в сторону лицу.

Человек нашел в себе силы, стиснул зубы и отвернул голову, как бы отказываясь от неуклюже приготовленного угощения.

– Не хочешь, ладно, мое дело предложить…– Смеясь, проговорила Дацуэ-ба, снова бросив палец себе в пасть.

– Ну-ка, ну-ка, осталось еще четыре брата, с ними тоже надо поиграть…– После этих слов, удерживаемый пытался вырваться из крепкой хватки, но явно проигрывая могучему горбатому деду в силе, только безрезультатно вился как пойманный в сети уж.

– Не дергайся, мы же не можем с тобой так весь день провести, скоро и твои товарищи доплывут, не будь таким эгоистом, им тоже потребуется внимание.

С присущей ей жестокостью и энтузиазмом, старая ведьма, явно искушенная в этих делах выкручивала, выдирала, шатала и резко наклоняла оставшиеся на ноге пальцы, до тех пор, пока ступня их окончательно не лишилась.