Конец эпохи Эдо

Самому интересно, есть ли фальш, в ее улыбке и смехе, или эти закруглённые движения губ и выученные звонкие звуки радости, ее ежедневная маска, которую со временем носить становится все тяжелее. Хоть кому то в этом мире удается быть счастливым, так долго оставаясь наедине с собой, не зная о том, что будет дальше, ложиться спать, предвкушая горечь нового дня? Именно это и читается в ее серых, усталых глазах. Никогда не испытывал ничего подобного и не видел до этого такого средоточия безмолвной боли концентрированной в глазах одного человека.

Хандра, тяжесть, скука – вот три столпа моих душевных проблем, правда, время от времени они всегда растворялись, либо в рутине, либо просто ради разнообразия. Мне было легко не чувствовать себя потерянным или брошенным, наверно я никогда и не находил себя самого, а как чувствовать себя брошенным если даже не осталось никаких воспоминаний о тех людях, которые оставили маленький сопящий тканевый сверток у порога настоятеля захолустного забытого храма. Нет воспоминаний, стало быть, и чувств никаких нет. Юко же сейчас по-настоящему тяжело, она наверняка видит ослепительный свет своей прошлой жизни, а теперь лишь блуждание в темноте и болезнь. Задумавшись, я и не заметил, что Юко до сих пор стоит у себя в комнате и расставляет стопки книг на небольшой выцветшей полке.

– Госпожа Юко, вам нужна помощь? – Не мог не спросить я, обратив внимание на ее трясущиеся руки.

– Нет, что вы, что вы, пока вы спали, я заглянула в вашу комнату (так она называла библиотеку).

Захотелось перечитать пару книжек. – Снова натянув сиятельную улыбку, отвечала она.

Обратив внимание на книги, заметил, что она забрала из библиотеки только книги сказок. Одну из них, с знакомыми мне сюжетами я даже успел пробежать глазами, в ней были замечательные иллюстрации, которые сильно расходились с тем, что я себе воображал, когда слушал их из уст Аки. Хороший он рассказчик, не то, что я.

– Вернуться в детство никогда не поздно – с улыбкой подметил я, глядя на очередную стопку книг в ее руках.

– Знаете, а я в детстве сказки совсем не любила, у меня были проблемы с усидчивостью, наверно так ни одной и не дослушала, то убегала бегать по городу как полоумная, то ложилась спать, обычно до того как мама успевала дочитать. Голос мамы был как кружка теплого «гекуро», в нем можно было утонуть. – Воспоминания о маме заставили ее слегка прикусить губу.

– Значит наверстываете упущенное – Разрядив обстановку продолжал я.