Матиаш I Корвин. PR и ритуалы при венгерском королевском дворе

Он был венгерским лордом с головы до ног, в каждом пульсе своих кровеносных сосудов, в каждом чувстве своего сердца, в каждой мысли своего ума, точно так же, как если бы предком Арпада был один из его коллег-командиров. Иллюзия дополнялась тем случайным обстоятельством, что он не знал латинского языка, что, между прочим, повлекло за собой и то, что он должен был употреблять венгерский язык при принятии губернаторской присяги, в таком торжественном случае, в то время как этот национальный язык, возможно, не был общественно услышан в течение столетий.

У него не было недостатка в финансовых средствах для удовлетворения своих внешних потребностей. Благодаря милости королей Сигизмунда, Альберта и Уласло, он получил большие поместья, которые были приумножены его собственными усилиями. Древнее наследие также досталось ему полностью, потому что его братья и сыновья его дяди по отцовской линии рано умерли.

Он выбрал Хуньядвар в качестве главной резиденции своей семьи и построил там великолепный замок.

Уже в юности, когда он сопровождал короля Сигизмунда в путешествии по культурной Европе, его душа, пылкая ко всему благородному и прекрасному, осознавала значительное влияние, которое монументальные сооружения оказывают на укрепление могущества семей, а также могущества народов.

В путешествии из Авиньона в Париж в 1416 году его внимание привлекли замки во Франции с множеством балконов, смело возвышающихся на высоких колоннах, – такие замыслы рождались у архитекторов из связи твердого постоянства и тонкого вкуса.

Через несколько десятилетий французский архитектор начал строительство в Хуньядваре по своему плану. Оставшееся от сооружения у знающих экспертов и реставраторов вызывает выражение восхищения. «Если бы история, – говорит архитектор Ференц Шульц, – не отметила, что Янош Хуньяди был человеком, далеко превосходящим идеалы своего времени, эта идея, обращенная в камень, которая почти не имеет себе равных по своему величию и великолепию, доказывала бы это достаточно!»

Ласло и Матиаш Хуньяди провели свои детские годы в этом замковом дворце, как раз во время самых значительных построек, когда вокруг толпились французские, итальянские и немецкие архитекторы, скульпторы и художники.

Дети получили самое тщательное воспитание.