Мой Демон

– Ну что, Гера, – с наигранной веселостью поинтересовался хриплый кавказский голос, – палучил мой подарка? Что ж ты нэ взял его в руки, а? Брэзгуешь, дарагой?

– Кончай этот паскудный базар, Нодик, – с ненавистью рявкнул Пономарь, – давай забьем стрелку и дело с концом!

– Харашо, как скажэшь! Гавары где?

– Завтра в полночь на заброшенной стройке газетного комплекса.

– А гдэ этот долбаный комплэкс?

– На Ленинском 139. По карте посмотришь, – холодно усмехнулся Пономарь и мысленно добавил: «– Там я тебя и похороню…»

– Наши рэбята будут там пратки играть, да? – засмеялся кавказец.

– В пейнтбол, – в тон ему отвечал Пономарь

– Тыхого абязатэлно пришли, павидать хачу! Шустрый такой малшык…

– Будет тебе Тихий, – давая отбой, заверил Герман Петрович. Весь этот вечер и последующий день он провел у себя дома в телефонных переговорах и встречах, напоминая полководца, готовящегося к решающему сражению…

***

– … Они приехали. Тачку оставили на дороге. Это черный «джип» типа фургон.

– Сколько их?

– Сейчас посчитаю, пусть сначала выйдут. Так, судя по всему, пятеро. Четверо вышли, водила остался. Будьте осторожнее, у них автоматы.

– Слышь, Тихий, начнется пальба – действуй, как договорились.

– О'кей.

Человек, говоривший по мобильному телефону, прятался за деревом возле здания типографии, неподалёку от которого находился вход на территорию известного во всем Питере долгостроя редакционного корпуса – в виде бетонных блоков и кирпичных полустен. Закончив разговор, он остался стоять на месте, внимательно наблюдая за действиями подъехавших кавказцев.

Приблизившись к полусорванным с петель металлическим воротам, один из кавказцев – невысокого роста, парень лет двадцати пяти, который не слишком могучим телосложением заметно отличался от соратников с крутыми плечами и бритыми затылками, обернулся к остальным и что-то негромко скомандовал.

На стройке царила полная тишина, прерываемая лишь легким скрипом снега, и весьма сильным – ржавого строительного крана.

По периметру корпуса всюду валялись куски бетона и арматуры, лежали штабеля плит, а из котлована, расположенного слева от заброшенного недостроя, торчали огромные железобетонные сваи.

Первые двое кавказцев сразу метнулись в разные стороны, двое других осторожно двинулись вверх по дороге. В свете полной луны им был отчетливо виден неподвижный силуэт человека, сидевшего на плитах прямо напротив ворот.

– Эй, ты! – негромко окликнул его молодой кавказец.