Мой Демон

– Какие из них обладают меньшей убойной силой?

– Те, что слева от вас, и имеют изразцы на ручках.

– Очень хорошо. Надеюсь, вы помните о своём обязательстве хранить молчание?

– Разумеется, господин барон.

– Прекрасно. В таком случае, вы свободны. Когда вы мне снова понадобитесь, я свяжусь с вами через Жоржа.

– Всего хорошего, господин барон.

– Кстати, поручик, почему вы всё время прячете своё лицо?

– Я был ранен на дуэли и теперь имею уродливый глубокий шрам на щеке, подбородке и шее.

– Ах эти дуэли… прощайте поручик.

Поручик удалился, а Геккерен выложил пистолеты без изразцов, после чего достал из ящика стола конверт, поместил в него несколько купюр, вложил конверт в шкатулку и закрыл её. Лежавшие на столе пистолеты барон убрал в тот же ящик стола и задвинул его обратно. Затем позвонил в колокольчик и, всё также по-французски, приказал явившемуся на зов слуге:

– Возьмите эту шкатулку и снесите её в оружейный магазин Куракина.

– Слушаюсь.

– И скажите продавцу, что это предназначается господину… Впрочем, он и сам всё знает.

– Будет сделано.

Слуга взял шкатулку и удалился, а Геккерен вернулся к окну, прислонился лбом к ледяному стеклу и замер. Небо совсем затянуло тучами, и город святого Петра погрузился в серый мрак. Звуков рояля больше не было слышно, зато усилившийся ветер пронзительно завывал за окном свою печальную зимнюю мелодию…

***

    Санкт-Петербург, Сенная площадь, 2004-й год

Никита, Лиза, Сергей, Наташа и приглашенная по ее инициативе Евгения, отрывались на ночной дискотеке по полной программе.

Особенно зажигала Лиза, явно находившаяся под воздействием какого-то наркотика. Судя по ее поведению – это был экстази. Когда диск-жокей поставил медленную композицию, четверо друзей переместились за стойку бара, где их ожидала одинокая Евгения, и заказали себе по бокалу пива. Никита с интересом разглядывал стриптизершу, вертевшуюся возле шеста в одних стрингах, а Лиза тщетно пыталась привлечь его внимание, для чего ласкалась к нему самым откровенным образом и шептала на ухо какие-то непристойности. Тем временем, Сергей обнял Наташу за плечи и обратился к другу:

– Ну и как тебе сегодняшняя репетиция?

– Всё нормально, – не отводя глаз от обнаженной красотки, отвечал Никита, – хотя мне кажется, что режиссер несколько преувеличивает роль дьявола в жизни Пушкина.

– В этом ты прав. Пушкина убили не оккультные силы, и даже не пуля Дантеса, а все его тогдашнее окружение.