В объективе Бессарабия – 2. Книга-альбом

Из гуннов, дунайских славян и прочих подвластных народов Аттила собрал полумиллионную армию. В середине V века Европа пала под бешеным натиском армии свирепого Аттилы, прозванного Бичом Божьим, за кровожадность. Сам он, гордился своим прозвищем и говорил, что трава не должна расти там, где ступит его конь. Когда Приск в составе византийского посольства проезжал в 448 году через Наисс, он нашёл его «безлюдным и разрушенным неприятелями… по берегу реки всё было покрыто костями убитых в сражении.» Марцеллин Комит в своей хронике под 447 годом оставил такую запись: «В страшной войне, намного более тяжёлой, чем первая [в 441—42 гг.

], Аттила почти всю Европу стёр в пыль». Аттила двинул свои войска к воротам Рима – вечного города. Только огромный выкуп – несколько груженных золотом и драгоценными камнями возов – спас город от опустошения. Рим неоднократно посылал внушительную дань Аттиле, чтобы тот оставил в покое столицу некогда великой империи: по тысяче килограммов золота ежегодно. Опустошая все на своем пути, армия Аттилы прошла Германию и вступила в Галлию. Народные предания Галлии рассказывают о разных легендарных чудесах, совершавшихся во время этого нашествия. Нас интересует в частности отношение его к нашему краю. Аттила, для устрашения местного населения устраивал иногда показательные казни захваченных в боях пленных. Но не будем акцентировать на жестокости. «Следует отметить только, что за все приходит расплата. Никогда в истории не было, чтобы людские страдания, остались без ответными. Посеявший зло – пожнет страдания, унижение, нужду, либо мучительные болезни»… (примечание автора). Жаркий бессарабский климат, изобилие непривычных лакомств и вин стали вызывать у гуннов истребительные болезни. В 448 году Аттила поставил старшего сына Эллака вождём над племенами акациров в Причерноморье. В 449 году византийским послам Анатолию и Ному удалось добиться от Аттилы обещания вернуть империи придунайские земли и урегулировать вопрос с выдачей беглецов от гуннов. По словам Приска, были «прекращены несогласия с Аттилою». По – мнению Иордана, угрозы в сторону Византии были лишь хитрым прикрытием действительных планов Аттилы: «Поступая таким образом, он, лукавый и хитрый, в одну сторону грозил, в другую – направлял оружие.» Сам Аттила вернулся в свою столицу, с еще одной молодой женой – красавицей, рожденной и полоненной в нашей местности. При этом, он убил родителей и братьев, пытавшихся ее защитить.