Траян. Золотой рассвет

* * *

Встречающиеся в тексте философские термины объяснены в дополняющем роман Приложении, помещенном в конце текста. Но есть просьба: обращайтесь к Приложению только в том случае, если интерес к нему окажется нестерпимым. Роман пишется для чтения, для развлекаловки. Предлагаю остановиться на комментариях, иначе эта дорога далеко утянет…

Часть I. Укротитель Рима

Если государство не в силах воевать с любым врагом, оно вообще не может воевать.

    Теодор Момзен

Тревога есть неосознанное чувство вины, может быть, даже извечной, которой человек награждается при рождении, с которой живет отпущенные судьбой годы.

Кто не понимает этого – развлекается.

    Автор

Глава 1

Известие о смерти императора Нервы отставной префект конницы Ларций Корнелий Лонг встретил настороженно. Мелькнула, правда, надежда: может, боги все-таки вспомнят о справедливости? Может, примут во внимание его искалеченную руку? Левую кисть он потерял во время кампании в Дакии в 88 году.

[4 - Для удобства чтения даты приводятся по летоисчислению от Рождества Христова. В Риме счет велся «от основания города», то есть от 753 г. до н. э.] Культя нестерпимо ныла по ночам, не давала покоя. Боль нагнетала дурные мысли – таяла последняя надежда на людей, на соратников, на влиятельных друзей.

На императоров, наконец!

На его веку Нерва был третьим. Служить пошел при Тите. Того сменил Домициан, его брат, три раза отметивший воинскую доблесть Лонга на поле боя, наградивший его почетным лавровым венком

Каков итог?

Спустя два года после награждения его грубо выперли из армии.

Ларций прислушался…

Ночь выдалась зябкая, тихая. Давно в Риме не было таких холодов, как в эту зиму 98 года. Тибр покрылся корочкой льда – невиданное доселе зрелище. Давным-давно остыла жаровня.

Окликнуть Эвтерма, пусть добавит угольков?

Пустое! Если угодил в немилость, если самый отъявленный негодяй, которого когда-либо видел Рим, ведет за тобой охоту, этим жаром не согреешься.

Префект лежал в своей спальне на широкой кровати и, время от времени вытирая сочившиеся слезы, разглядывал расписанный цветами потолок. В центре была изображена улыбавшаяся, с венком в руке Флора, а вокруг танцующие и восхваляющие богиню обнаженные соблазнительные девицы – одна краше другой. Сюда он должен был привести невесту, сосватанную ему родителями, да так и не привел.