Траян. Золотой рассвет

– Это мой сын, – признался хозяин и потупил глаза. – Хороший мальчик.

Последняя ведущая к дому дорожка была посвящена inners otium.[23 - Iners otium – «досуг», «свободное времяпровождение». Этот термин, рожденный в императорскую эпоху, несколько отличается от общепринятого нынче смысла. В императорском Риме со времен Нерона, казнившего сенатора Тразею Пета, iners otium означал досуг, противопоставленный, явно или неявно, главному занятию, в частности государственным делам. Это словосочетание разделяло обязанности, связанные с исполнением долга, и занятия по сердцу.

Смысл в том, что исполнение долга считалось одной из краеугольных обязанностей римского гражданина, поэтому любое другое дело, не связанное с gravitas – суровым достоинством и трезвым чувством ответственности, – считалось постыдным, а порой и вызывающим, то есть преступным. (Я. Ю. Межерицкий. Inners otium. Статья в сборнике «Быт и история в античности».)] Картинки досуга Регула тоже были чрезвычайно государственны. Вот Регул указует перстом в землю – по-видимому, отдает приказ начинать сев. Следующий Регул, приставив ладонь ребром к бровям, то ли обозревает родные просторы, то ли следит за приближением неприятеля, сгорающего от нетерпения разрушить Рим. Удивительно, но среди всех величавых Регулов в тогах только один был в воинском облачении. Ларций поймал себя на мысли, что машинально считает скульптуры, однако скоро сбился со счета.

– … всего их ровно пятьдесят семь, по числу прожитых лет, – скромно признался Марк Аквилий.

Они подошли к дому с тыльной стороны. В этот момент Регул перешел к делу.

– Я не понимаю, зачем надо было силой захватывать мою племянницу. Если она тебе приглянулась, мы могли бы уладить этот вопрос полюбовно.

Ларций, еще переваривающий увиденное, внезапно как бы проснулся. Он испытал острый приступ негодования, однако прежний опыт общения с Регулом позволил сохранить невозмутимость.

– Ты, Марк, по-видимому, неверно извещен о том, что случилось в Субуре. Я со своими людьми спас Волусию от насильников и убийц.

– Ну-ну, не преувеличивай. Чтобы не переливать из пустого в порожнее, хочу сразу предупредить: я все знаю, и не надо обманывать, будто ты вступил в драку из благородных побуждений. Ты, вероятно, следил за моей родственницей? Ждал, когда она выйдет из дома? По крайней мере в суде я буду отстаивать именно такую версию. У меня найдется достаточное количество свидетелей, которые подтвердят, что твои рабы часами следили за домом Кальпурнии.