Илимская Атлантида. Собрание сочинений

Какое счастье, что я тебя увидела! Но я чувствую себя виноватой, что не смогла отдать тебе всего, что могла и хотела, что не сумела поставить тебя на ноги, оставила беспомощного мальчишку сиротой. Болезнь оказалась сильнее. Но будь уверен – в трудные минуты твоей жизни я буду рядом с тобой.

– Я не верю в сказки, мама.

– Как тебе живется у брата, Миша?

– Не могу привыкнуть. Вхожу в дом, а тебя в нем нет. Только эта гадюка, свояченица. Днем еще ничего – убегаю из дома, а по вечерам крики, ругань.

Не знаю, как мне жить.

– А что же Николай? Неужели он не может дать укорот своей жене? Он-то хоть знает, как она к тебе относится?

– Я его почти не вижу. Я так решил: закончу восемь классов, поступлю в строительный техникум в Иркутске. Окончу, буду работать, а потом в институт. Ты же знаешь, в школе я был лучшим учеником…

– Знаю, сынок. Я всегда тобой гордилась. Береги себя, и меня не забывай. Я не оставила тебе материального достояния. Но наша сегодняшняя встреча будет тебе от меня тем ценным даром, тем свидетельством бессмертия духа человеческого, которое откроет тебе истинные смыслы человеческой жизни.

Это мое наследство. Оно станет тебе руководством во все дни твоей трудной, долгой и счастливой жизни.

Мишка открыл глаза, но разглядеть ничего не смог – ослепительное солнце пристально смотрело на него. Мальчик встал, держась за перильца, и еще раз внимательно оглядел крыльцо. Ничего необычного не заметил. Тогда он жалобно всхлипнул:

– Мама!

Тишина.

Но ведь только что здесь он разговаривал с ней. Растерянно Миша прошел по дорожке к летней кухне и там несколько раз окликнул маму. Ответа не было. Он вошел в дом, разбудил брата.

– Коля, мама умерла.

Брат спросонья переспросил:

– Какая мама?

– Наша любимая мама!

– Что это ты придумал?

– Она только что была здесь.

Николай с изумлением и тревогой вглядывался в лицо младшего брата, вероятно, пытаясь разглядеть признаки нездоровья.

– Она была здесь.

Мы сидели на крыльце, разговаривали, но я не видел ее, узнал по голосу. Она сказала, что всех, кто на том свете, увидеть невозможно.

– Может, тебе это приснилось?

– Я разговаривал с мамой, – упрямо повторил Мишка.

Невестка тоже проснулась, при последних словах ненавистного нахлебника повертела пальцем у виска. Мишка со слезами выбежал из комнаты.

В полдень почтальон принес телеграмму, в ней было три страшных слова: «Мама умерла ночью».