Точка Невозврата

Там вернулся из небытия помещик, объявивший обществу, что урожай принадлежит ему. Оплачивать труд селян он не отказывался, но предупредил – при расчёте примет к сведению самовольную эксплуатацию скота и сельхозтехники. Крестьяне от новостей, предрекавших голод, понятное дело, оторопели.

Случайно узнавшие о конфликте корниловцы навестили землевладельца в его родовом гнезде. Расчёт обескуражить быстротой и натиском не удался. Помещик, оказавшийся отставным ротмистром лейб-гвардии, парировал доводы ударников приказом Деникина, воспрещавшим армии вмешиваться в имущественные споры.

Маштаков, за месяц пребывания в тылу поднаторевший в политике, уравновесил чаши весов аргументом, что собственники, в свою очередь, предостережены от насильственного восстановления вещных прав и сведения личных счётов. Решающее влияние оказало численное преимущество ходоков. Отставник пошёл на уступки, согласившись снизить размер подати.

– Дайте-ка сюда эту, как вы изволили выразиться, гумагу, – требовательно протянул руку штабс-капитан.

 – Забудьте про неё. Если возникнут притязания со стороны барина-боярина, смело обращайтесь к командиру любой добровольческой части, что окажется поблизости. Думаю, вы найдёте участие. Впрочем, сейчас тут горячо, и барин ваш навряд ли объявится.

При последней фразе староста насупил клочковатые брови, давая понять, что утешение вышло сомнительным. Потом поинтересовался осторожно:

– Оборону держать станете?

Цель вопроса была понятна.

Бой за населённый пункт всегда чреват разрушениями и жертвами среди населения.

– Не думаю, – высказался корниловец, – позиция невыгодная.

Староста ушёл по делам, а штабс-капитан вернулся в хату, где с горячей водой без суеты побрился. Лицо, освобождённое от колкой неряшливой растительности, в том числе от усов, в непривычно большом настенном зеркале показалось голым, а рот – несуразно губастым, лягушачьим.

Объявившийся к полудню Пров Зиновьевич имел более загадочный вид, чем прежде, и снова попросил о разговоре с глазу на глаз.

– Как вы ни хвалитесь, какие вы бравые ребятушки, а одёжи путной у вас нету, – начал он. – Помёрзнете зимой. Красные, те силком одёжку отымали, а вы вон и не попросили даже.

Маштаков согласился – в тёплых вещах они остро нуждаются, но отнимать имущество не станут, на покупку же у них нет денег.

– Да што энти ваши «колокольчики»?! – выразительно перебрал в воздухе корявыми пальцами хозяин.