Экология и психология (записки репатрианта)

Начальство института, для собственной рекламы, постаралось и модель системы FGD вскоре оказалась на стендах ВДНХА СССР в Москве. Миша был награжден сразу двумя медалями ВДНХА и серебряной и золотой, а также ему было присвоено звание «изобретатель СССР».

Обрушившаяся на скромного инженера производственная слава не вызвало у Миши радости. Он был просто подавлен смертью жены.

Он просто не мог теперь найти себе место в обычной советской жизни. Его добрая еврейская мама говорила, горестно вздыхая: «Бедный мой «Шлемазл»! (В переводе с «идиш» слово «шлемазл», значит «неудачник») «Почему тебе так не везет?»

Как только Миша узнал о страшном диагнозе своей жены, начались его хождения по различным медицинским учреждениям.

Среди эскалопов попадались разные люди, одни пытались помочь, другие вымогали взятки. Кстати на взятки различным медицинским светилам «уплыли» все его наградные деньги и премии, получение за систему FGD.

Его школьный друг познакомил Мишу с доктором Ротенбергом, сказав при этом, что Исаак отличный врач и настоящий еврейский человек.

Доктор Ротенберг, действительно оказался «настоящим еврейским человеком» Он сделал все, что мог, как врач, для жены Миши и оказал Мише понимание и сочувствие. Миша сразу почувствовал симпатию к нему. Они стали друзьями. Доктор Ротенберг познакомил Мишу с небольшой группой

сионистки настроенных молодых евреев, которую он сам и организовал. Эти евреи собирались вечерами в разных тайных местах, слушали (без глушения)передачи израильских и западных радиостанции , изучали иврит, основы иудаизма, современную еврейскую историю, и правдивую историю государства Израиль.

В опустошенную смертью жены душу Миши стали входить новые знания и понятия смысла жизни.

Лабораторию института, где Миша работал, возглавлял некий научный сотрудник Андрусенко. Андрусенко, кроме завлаба, был еще и секретарем партбюро института. Одного еще звания товарищу Андрусенко не хватало, и к которому он страстно

рвался, это научного звания, но с диссертацией у него дело не ладился.

К разработке

разработк FGD Андрусенко имел только косвенное отношение. Однако,когда Миша еще только оформлял авторской заявки на эту установку. Это происходило еще в годы счасливой семейной жизни и спокойно научной работы, Андрусенко вызвал Мишу в свой партийный кабинет. Там он вынул из сейфа бутылку коньяка, налил себе и Мише по «минзурке».