Проспект Коровицына

Как несложно догадаться, это все способствовало лишь ухудшению психологического состояния ребенка. Как-то раз (а дело было летом, когда детей и воспитателей вывозили за город) во время тихого часа Коля в очередной раз обмочился. Его, как обычно, подняли с кровати с большим скандалом. У воспитательницы в руках были ножницы: она готовила какую-то стенгазету или что-то для творческих занятий. И ей не пришло в голову ничего лучше, как «пошутить», что сейчас она Писулину отрежет пиписку. У несчастного Коли случилась истерика.

Он повалился на пол, обеими руками вцепился в свое достоинство и начал биться в конвульсиях. Воспитательницы очень смеялись. Там вообще было много различных репрессий с сексуальным подтекстом. Например, ну в совке все делалось коллективно, в том числе у девочек была такая тема, как коллективное подмывание с последующей (коллективной же) заменой трусов. И то ли трусы вовремя не подвезли из прачечной, то ли еще какая-то хрень случилась, короче подмыться подмылись, а трусов нет. И тихий час. Не было бы особой проблемы, поскольку спальни мальчиков и девочек – в разных крыльях здания. Но тут были зафиксированы какие-то нарушения, за которые положено наказывать. Скорее всего, девочки «не хотели спать» – очень серьезное нарушение режима содержания! Естественно, провинившихся потащили через полздания отчитывать в спальню мальчиков. Просто отругать. Но обязательно в спальне мальчиков!

И вот картинка, воспоминания детства очень яркие и запоминаются надолго: стоит девчонка, лет пять нам тогда было, очень красивая, кстати, девчонка, звали ее Лена, фамилию не помню, с огромными глазами, как у куклы, с крупными темными локонами.

Стоит, глотает слезы, переминается с ноги на ногу и пытается как можно ниже натянуть майку – все что у нее осталось. Ей что-то выговаривают. Очень напоминает тюремные воспоминания Толоконниковой. И не надо мне после этого говорить, что это «несистемно».

Почему не жаловались? А как? Это сейчас я могу найти слова и аргументы, а когда тебе 3-5 лет? Да и если бы нашел – услышал бы от мамы дежурное: «Не выдумывай!».

Это был универсальный ответ на все. – Суп пересоленный! – Не выдумывай! – Ботинки жмут – Не выдумывай! И т.д. В общем, мне уже тогда на конкретных примерах разъяснили, что жаловаться тюремной администрации, по крайней мере, бессмысленно. Естественно, в таких условиях говорить о каких-то правах, тем более праве собственности не приходилось. Оно попиралось демонстративно и ежесекундно. Своего ничего не было.