Никакого «Ига» не было! Анатомия фейка

Житие Михаила Ярославича так повествует об этом: «Вначале хан принял Михаила доброжелательно, но спустя некоторое время велел его судить, предъявляя обвинение на основании свидетельств клеветников. Не слушая оправданий князя, его отдали под стражу, велели оковать цепями, наложили на шею тяжелую колодку. Михаил с удивительной твердостью терпел уничижение и муку. <…> Перед самым приходом злодеев он раскрыл наудачу Псалтирь и прочитал: «Сердце мое смяться во мне, и боязнь смерти нападе на мя». Душа его невольно содрогнулась.

Когда он закрыл книгу, к нему вбежал один из отроков и сказал, что князь Георгий Кавгадый («монгол»? – М.С.) и толпа людей приближаются к шатру. Они разогнали всех людей Михаила, а он стоял один и молился. Злодеи повергли его на землю, мучили, били пятами. Один из них, именем Романец (ну типично «монгольское» имя! – М.С.), вонзил ему нож в ребра и вырезал сердце (22 ноября 1319 г.). Тело Михаила лежало нагое, пока толпа грабила князя. Георгий послал тело великого князя в Маджары. Там многие усердствующие желали внести тело в церковь, но бояре не допустили этого, поставив его в хлеву, и позже избегали останавливаться у церквей». А теперь задумаемся – зачем князь поехал в «Орду» разрешать, по сути, внутренние «междоусобные» дела? Ну странно же, право. Представим себе, собираются, допустим, Хрущев, Маленков, Жуков, не достигают по какому то вопросу консенсуса, и вдруг, скажем, Жуков едет жаловаться на действия товарищей по партии… э э э… да в ставку того же Манштейна, в Крым. Причем там его поначалу «принимают доброжелательно» (!!!) и только потом, «на основании свидетельств клеветников», «не слушая оправданий маршала», расстреливают вместе со свитой… Все выглядит довольно абсурдно… но вот если вместо фамилии Манштейн будет другая фамилия, например Берия… Тогда многое становится ясно.

Может возникнуть идиотский вопрос: а Берия – лучше? Он «добрее»? Порядочнее? – Нет, не «добрее». Просто картинка становится с ушей на ноги, а это вроде бы необходимо для адекватного исторического анализа.

Князь хотел заручиться поддержкой карательного органа в борьбе за московский (дмитровский) престол, но, вероятно, проявил себя не лучшим образом. Жажда личной власти и Закон вступили в противоречие, за что он и был наказан. Жестко, без сомнения, но таковы были нравы тех времен. Отношение бояр (русских!) к телу князя выглядит довольно дико, но этот факт принимается православными источниками как должное. А странно вообще то.