Петроградская ойкумена школяров 60-х. Письма самим себе

«Дворец культуры Ленсовета на Петроградской стороне…»

6.5. Бани Петроградской

6.6. «Пионеры» и «Мурзилки» петроградских школяров

7. «Если хочешь быть здоров…»

7.1. Айболиты школяров

7.2. Скорый доктор Николай Хлебович

8. Летний отдых за городом

8.1. На даче в Зеленогорске

8.2. Пионерский лагерь

8.3. В деревне у прадеда

8.4. Спортивный лагерь петроградской ДЮСШ в Вырице

8.5. Родительские «фазенды»

8.5.1. «Что ж ты не смазал уключину маслом…»

8.5.2. Топонимика.

Орехово, но уже без орехов

8.5.3. Метель

9. Шопинг школяра

10. Письмо самому себе

10.1. Судьбы петроградских школяров

10.2. Дни рождения школяров

10.3. «Разбег души» школяров с Петроградской

10.4. Тропинки старения наших школяров

10.5. Мессенджеры и девайсы прошлого. Письмо самому себе

11. Послесловие

О чём это?

Прожив немало лет, однажды вдруг осознаешь их неумолимую быстротечность. Ветер времени порой шквалистыми порывами перелистывал страницы наших судеб.

К счастью, у многих еще остается время восстановить и переосмыслить былое, закрепить на бумаге, конечно, самое памятное и дорогое.

У автора таким оказался школьный период в 60-е годы прошлого столетия. Детские, подростковые и юношеские годы проживания на Петроградской, учебы в обычной ленинградской 10-летке № 69 имени А.С. Пушкина, располагавшейся в здании бывшего Императорского Александровского лицея на Каменноостровском проспекте Санкт-Петербурга.

Для подростка это годы безграничных перспектив, шансов и путей развития. Каждый прожитый день тогда случался долгим и наполненным, а утро – радостным. Мы, школяры, погружались в мир вещей, понятий и их отношений. Этот мир заполнял нас, предлагая каждый раз сделать выбор траектории взросления. Как тогда было не ошибаться, ведь добро и зло казались порой неразличимы, а озорство и даже случайное хулиганство тоже служили инструментами познания.

Мы, обычные советские школяры, проводя будни ученичества под «присмотром» бронзового бюста Пушкина, лишь проносились сквозь незримую молчаливую память стен лицейских коридоров.

Кто-то, может, смутно и ощущал при этом подобные едва пульсирующему камертону отголоски блестящего и драматичного прошлого. Нам не рассказывали об истории Лицея. Сегодня стали известны трагичные судьбы его преподавателей и выпускников в годы революции, вплоть до финального «Дела лицеистов» 1925 года.