«Черный паук» на виноградной лозе

О советской команде дед знал, точнее, более-менее был наслышан, пожалуй, только то, что у нее очень сильный вратарь, который справляется даже с пенальти, да еще на слуху было имя Воронина и еще одного игрока, имя которого он никак не мог выговорить, произносил только первые два слога: По-не… Произнести сразу Понедельник было не в его силах, я и сам долго тренировался, с трудом выговаривая эту сложную для иностранца фамилию. Коверкать было стыдно. Так вот, русский вратарь. То, что дед увидел в реальности, да не только он один, поразило его.

Игнасио взял еще одну паузу и, как мне показалось, затянул с ней, словно подражал артистическому приему по Станиславскому, а может, просто собирался с мыслями.

– Из Мендосы, где Начо, как и многие жители провинции, занимался виноделием, далековато до Буэнос-Айреса, к тому же прямой дороги до нашей столицы не существовало, и он два дня добирался до нее на перекладных. Это была сложная, но преодолимая проблема. Куда труднее была другая – где достать билет, в кассах их давно раскупили.

Вокруг легендарной арены ходили толпы таких же несчастливцев в надежде за любую цену проникнуть на стадион. Деду после долгих поисков, в конце концов, повезло, ему подвернулся какой-то спекулянт, тот матч стал раздольем для них, заветный квиток, который до сих пор хранится в нашем доме, он продал деду втридорога, а может, еще дороже, дед так и не раскрыл истинную цену, боясь нагоняя от моей бабушки.

Я слушал Игнасио и ловил себя на мысли: зачем перебираться за океан, а разве не так было у нас еще в прежние, послевоенные, времена на старом «Динамо», эта атмосфера здорового болельщицкого азарта, без драчливой клубной междуусобицы, непередаваемая никакими словами, их просто сложно подобрать, чтобы живописать ту картину.

В голове прокручивалась пленка старых документальных фильмов, трамваи, забитые внутри чуть ли не под потолок и облепленные снаружи. С чем сравнить? Да с роем назойливых мух, намертво приклеившихся к липкой ленте. А страшная давка в метро, особенно на переходе на площади Свердлова, и людское море разливанное у выхода из него.

В небе – злая грозовая панорама,

Мяч плывет у ворот по воде.

Но упрямо едет прямо на «Динамо»

Вся Москва, позабыв о дожде!

Тут нет преувеличения, так ведь и было, когда Константин Бесков и его бело-голубая гвардия в майках с литерой «Д» сражалась с дружиной Григория Федотова, красно-синими, то бишь, с ЦДКА, или те же динамовцы выясняли свои давние отношения со «Спартаком».