Женские лица русской разведки

При этом она не сообщала о каком-либо своём опыте в сфере политического сыска или же о своих познаниях, умениях и навыках ведения тайного наблюдения или сбора секретной информации. В качестве доводов в пользу задуманного ею дела и своей готовности к нему она напомнила графу об обширности всесторонних познаний и опыта своего покойного родителя в политике и его глубокомыслии. Тем самым она, на наш взгляд, стремилась намекнуть на то, что какую-то часть отцовских знаний и умений она сумела перенять и готова их использовать на практике.

При этом Анна осознаёт, что по своей молодости и неопытности в подобных делах она не имеет ни обширных отцовских сведений, ни его тонкости ума в речах и глубокомысленности в поступках. И, одновременно с этим, она, на наш взгляд, чрезмерно самоуверенно утверждает, что имеет «довольно достаточного сведения о некоторой политической части, состоящей в собирании и составлении общенародных мнений»[35 - Мемуары секретной агентки российских императоров // Рос. архив: Ист. Отечества в свид-вах и док-тах XVIII—XX вв.: Альманах. Вып. 1. М.: Студия ТРИТЭ; Рос. архив. 1994. Так в тексте. – М.С.]. При этом она намекает, что считает графа Безбородко вторым отцом и надеется, в случае каких-либо сомнений в оценке происходящих событий, прибегать к его советам.

Граф пообещал передать императрице о желании Анны трудиться на секретном поприще во благо Государыни и Отечества, предупредив её о том, что их разговор надо держать в тайне.

И своё слово он сдержал. В сентябре 1794 года Александр Андреевич сообщил Анне, что Екатерина II повелела разрешить ей заниматься секретной деятельностью под его контролем. Результаты своих тайных трудов Анне следовало доставлять графу. Судя по воспоминаниям А. де Пальмье, императрица к этой секретной затее вначале отнеслась с осторожностью и некоторым недоверием. Со слов Безбородко, передавшего свой разговор с императрицей, Екатерина Алексеевна заметила, что просительница «странная и удивительная молодая особа!»[36 - Там же. Сохранены выделения в тексте, как в источнике. – М.С.]. При этом царица посетовала на то, что если бы в своё время отец отдал шестилетнюю Анну на воспитание императрице, то теперь бы был совсем другой результат. Получается, что Екатерина Алексеевна о существовании девицы знала задолго до их общения по поводу тайной службы.

«Он потерял дочь свою, – продолжала Монархиня, – своим глупым воспитанием.