На замёрзшем стекле продышу я кружок… Поэтическая повесть

В определённое время она сбегала в ясли и попыталась накормить сына, но тот даже не взял в рот её грудь. Она вернулась на работу, но всё валилось из рук. Ближе к концу рабочего дня из яслей, после кормления своей девочки, вернулась её подруга Катя Варламова. Они вместе пели в художественной самодеятельности посёлка и таким образом проводили вместе всё своё свободное время. Она как-то странно смотрела на Людмилу, тяжело вздыхала и тихо плакала.

– Что случилось? – не выдержав, спросила подругу Люся. Та только махнула рукой и вышла из комнаты.

Минут через десять туда зашёл их начальник.

– Вот что, Людмила. Давай-ка собирайся ты домой. Вы с Катериной свой план уже выполнили, и больше нечего тут делать. – Он как-то странно шмыгнул носом.

– Савельевич, что происходит? – с тревогой спросила Люся.

– Тут такое дело… Вроде бы твой сынок в яслях скончался, – он начал покашливать. – Ты того, беги туда.

У Люси остановилось сердце. Она не могла ни двигаться, ни дышать. Всё завертелось перед её глазами, и она упала на пол.

– Ну что ты, что ты, девонька, давай приходи в себя, – услышала она причитания Савельевича над собой, а затем его сердитый крик в сторону, – Катерина! Что ты, клушка, еле тащишься с водой?

Люся открыла глаза.

– Вот и умница, – увидев это, сказал Савельевич. – На-ка, попей водички, – и он протянул ей кружку с водой, которую принесла Катя.

– Я сейчас, сейчас, – сказала Люся, поднимаясь с пола. Оттолкнув руку мужчины, она, шатаясь, подошла к вешалке, сняла с неё тёплый шарф, пальто и, не надевая их, выбежала на улицу.

Мела метель, но она, ничего не видя вокруг, плача бежала к ясли-саду. Ворвавшись туда, Люся столкнулась со старшей воспитательницей.

– Ты чего такая растрёпанная? – удивлённо спросила та.

– Что с Мишей? – задыхаясь, спросила Людмила.

– Да ничего, – ответила воспитатель. – Только он у тебя не жилец. Сегодня Костик помер, а завтра, видимо, время твоему. – И увидев, как Людмила присела на маленькую, детскую табуретку, добавила, – Ничего.

Ты молодая, здоровая деваха. Родишь ещё не одного сына, а то и дочь вместе с ним.

– Дайте мне сына, – попросила её Люся.

Та вышла и через несколько минут принесла запеленованного в одеяло ребёнка. Людмила откинула уголок одеяла с пелёнкой и увидела синюшного цвета лицо своего сына. Глазки были закрыты, и он прерывисто тяжело дышал. Она прижалась губами к его головке. Это был огонёк. У ребёнка была большая температура.