Спецназ – вектор судьбы. Проза, стихи

Но спускаемся с небес на землю, дембеля нам кричат: «Мы домой отдыхать, а вам два года сапоги топтать». Кричали они еще что-то, что нас задевало за душу. И наше праздничное настроение погасло. Впереди предстояла служба вдали от Родины, вдали от родных и любимых.

Поздно вечером нас построили в колонну и бегом направили на пересыльный пункт. Это был наш первый, и как оказалось впоследствии не единственный марш-бросок.

Пересылка. Вместо коек деревянные лежаки. Мы их называли нары. На них мы спали только ночью, а целый день находились на плацу.

Прошло несколько дней. Мы с нетерпением приглядывались к каждому офицеру, который проходил по плацу, уже знали, что это покупатель, т.е. офицер, отбирающий для своей части солдат. В один из дней я увидел стройного, подтянутого офицера, рядом с которым шли два солдата в голубых беретах, залихватски одетых на затылок. Я понял, что надеяться на то, что меня отберут в ВДВ, шанс есть, но это только шанс, а я должен был сам руководить своей судьбой.

Осмелившись, я подошел к ним и сказал, что мечтаю служить в ВДВ. На моё удивление, от меня не отмахнулись, офицер сказал мне, что молодец, и предложил пройти с ним на спортгородок. Я иду, а у меня от волнения все внутри трясется. А вдруг…. но эти мысли я гнал от себя.

И вот спортгородок. Офицер предложил мне показать, что я умею. Я так волновался и торопился что, не снимая шинели и вещмешка, запрыгнул на турник и попытался сделать выход силой на две руки.

Именно попытался, так как у меня данная попытка не получилась. А ведь я делал данное упражнение 18 раз подряд. Я от стыда не знал куда деться. Однако офицер по-отцовски, успокаивающе, сказал мне: «Не спеши, снимай вещмешок, снимай шинель». Эти слова на меня подействовали отрезвляюще. От волнения не осталось и следа. Я не снимая шинели и вещмешка, вновь запрыгнул на турник и стал делать выход силой на две руки.

Один, два, три… офицер кричит: «Достаточно» – но я продолжаю, четыре, пять, шесть…, что бы уже было наверняка.

– Молодец, держись около десантников, – сказал офицер, записал мою фамилию.

Таких, как я, собрали 5—6 человек. И вот тогда мы впервые почувствовали десантное братство. Нас отдельно от других заводили в столовую, отдельно были предоставлены места для отдыха, и нам казалось, что вот так легко будет идти вся служба.

Наконец, вся команда собрана, и мы отправились к окончательному месту своей службы.