Нетелефонный разговор

Конец подписи к фотографии.

Был хлеб богатяновский горек,

Совсем уж не хлеб, а припек,

Но пайку в прогулочный дворик

Таскал я с собою, как срок.

И мы по квадрату ходили,

А там, за колючей стеной,

Сигналили автомобили

У той знаменитой пивной.

И память моя отобрала

Знакомое до мелочей –

Прогулочный дворик централа

И звон вертухайских ключей.

Зароется в папки историк

И скажет про те времена:

Прогулочный дворик,

Прогулочный дворик –

Такая большая страна.

Человек за бортом

Зачем пишу-то? А кто бы знал! Смутили, соблазнили небольшими деньгами – в большие бы не поверил, это всегда обман, у меня их и не было никогда, озадачили.

– Ты повспоминай, жизнь твоя – это ж радуга! Ну попробуй – строчечка за точечкой…

Да уж, радуга: все семь цветов – черные!

И вот я согласился, заточил угольки, загрунтовал пространство, кисти помыл. А чего писать, не придумал.

Свой портрет на фоне времени? Кому я нужен? А если о своем времени? О моем ведь только я и могу!

Так появились первые мои иероглифы прозой, раньше всё в столбец, с малолетства.

Это как вообще-то делается? Выдумывается герой, и ведет его, придуманного, автор по знакомым своим улицам и городам. Или же сам путешествует по выдуманным странам и временам.

Откапали, отморосили

Годов обложные дожди,

Теперь я и вспомнить не в силе,

Что пели мы, что мы носили,

Чем жили мы там позади.

Какие случались ошибки,

Пока этот дождь моросил,

И у золотой моей рыбки

Каких я подарков просил?

Давно уже леший не бродит,

Русалки у берега нет,

И опыт к нам долго приходит,

Со скоростью прожитых лет.

Так, слово за слово, и покатился Миша по нестойкому таганрогскому снегу на лыжах, кое-как зацепившись палкой за борт проезжей полуторки, одного опасаясь – как бы не остановился и не надавал по шее дядька-шофер. А за что, собственно? Снег был теплый, но была, была зима в Таганроге!

Завещание

«Пришла пора и нам иметь воспоминания о том, с кем был и с кем расстался впопыхах, слетел с небес неясный ангел покаяния на не умеющего каяться в грехах».

Но с чего-то же они начинаются, воспоминания! А вот с чего.

Балансирую на канате,

Надо мной – дырявенький зонт,

Я, как солнышко на закате,

Скоро скроюсь за горизонт.

Мне всё чаще бывает плохо,

В сердце – острый блеск ножевой!

Но тебе обещаю,

Что буду живой

До последнего вздоха.