Тогда в Иудее…

Золото дадут Гедалия и эти ослы из Синедриона. Зять поедет сейчас в «Палату тесаных камней», напугает членов Синедриона до смертной дрожи, и они согласятся открыть храмовое хранилище, даже принесут свои шекели и ауреи. Абба бар Гедалия получит кредит из храмовой казны. Получит без процентов. Проценты мы возьмем потом и не деньгами».

Хананни посмотрел на зятя властным, тяжелым, как свинец, взглядом.

– Ты сейчас, немедля, пойдешь в «Палату тесаных камней» и расскажешь членам Синедриона о том, что ждет всех нас после убийства римского офицера.

Ты скажешь, что спасти от распятия нас может только золото, и потребуешь доступ в казну храма. Сделай так, чтобы они согласились дать из казны деньги. Когда получишь их добро, возвращайся сюда. Без согласия Синедриона можешь не приходить. Нам нечего будет предложить префекту, и тогда этот Седер будет для нас последним. Тогда ты вернёшься домой и попрощаешься с семьей.

Глава 7

Утреннее происшествие, так поразившее молодого Марка Рубеллия, быстро отошло на задний план и затаилось в дальних уголках памяти молодого трибуна.

Его оттеснило множество мелких дел. Они обрушились на Марка, когда турма, командиром которой он стал по воле богов, заняла северное крыло дворца Ирода. Хорошо еще, что дед, когда-то сам командовавший когортой, делился с внуком воспоминаниями, не останавливаясь только на битвах и подвигах его солдат, но рассказывая и о мелочах лагерного быта. Управитель дворца – иудей, назначенный римской администрацией, как мог, помогал молодому Рубеллию. Марк общался с ним с помощью Пантера, который сносно знал арамейский язык. К счастью молодого трибуна, дворец походил на крепость, которая могла выдержать недолгую осаду. Здесь были конюшни для лошадей и мулов и даже небольшой запас корма. Управитель, однако, намекнул Марку, что если его солдаты задержатся во дворце более, чем на три дня, то фураж быстро закончится. Но он знает честного торговца, у которого можно приобрести фураж очень дешево и притом отличного качества. Управитель понравился Марку своей предупредительностью, готовностью услужить. Он показал огромную кухню с бронзовыми котлами и такими же вертелами и негромко приказал слугам, жившим при дворце, принести дров и развести огонь под котлами. Правда, управитель немного поморщился, когда рабы турмы внесли на кухню глиняные пифосы с соленым свиным салом. В лагерях солдаты каждой декурии готовили еду сами, им выдавались продукты в сыром виде.