Канин-Шойна. Воспоминания

В комнате, правда кроме кроватей, стола да тумбочки в начале ничего и не было. Для меня эта комната, конечно, производила больше пугающее впечатление, особенно зимой. Но все-таки ее стены спасали от вьюг и метелей, очень сильных ветров с моря, укрывали от дождя и снега.

Вскоре сделали перегородку, и казарма превратилась в двухкомнатную квартиру. В комнатах этого дома мы прожили до 1974 года, пока не выехали в город Нарьян-Мар. К сожалению, дом этот не сохранился. В 1989 году случился пожар и от дома ничего не осталось.

Итак, моё дошкольное и школьное детство проходили уже в этом новом жилье. Я подрос и мог сам свободно выходить на улицу. Началось познание окружающего мира.

Сейчас понимаю, насколько здорово распорядилась судьба, нашей семьёй закинув сюда, в Шойну. Во-первых, это край Земли и в прямом и в переносном смысле. Во-вторых, здесь экзотические природные особенности. В одном месте и пустыня и море и тундра. К тому же, чуть подальше на север, каменистый кряж.

Здесь дни с сильными ветрами и морскими штормами осенью, песчаными бурями летом, сильными морозами и метелями зимой, вдруг сменяются днями со штилем на море, голубым безоблачным небом, приятным для ног, нагретым солнцем, песком и каким-то обманчивым ощущением, что лучше места на Земле нет. В-третьих, это место богатое и морским зверем и рыбой и птицей и грибами с ягодами, помогало выжить людям в голодные послевоенные годы.

Шойна, как своеобразный магнит, притянув однажды к себе человека, не отпускает его всю жизнь.

Из воспоминаний дошкольных лет

Дошкольное детство проходило у меня, как и у других шоинских детей, в погожие дни на улице, ну а в ненастные, которых было намного больше, дома. В детский сад я ходил совсем немного. Какая была причина, не помню.

Кроме радио и книг в те далекие годы дома других источников информации не было. Небольшое окно деревянного северного домика особенно летом заменяло нам экран телевизора.

Двойные рамы были изготовлены местными умельцами плотниками. Зимой стекла промерзали, и толстый слой льда был даже на внутренней части. Увидеть что-то снаружи тогда и в окно было невозможно. Приходилось пальцами отогревать стекло, чтобы образовался маленький просвет в виде кружочка наружу.

В погожие дни я гулял и играл с мальчишками и девчонками такого же возраста, как и я, на улице, возле дома. Происходило постепенное познание окружающего мира.