Венец Логоры 3. Зодчий

Знал бы ещё, что зря бегал…

Иван усмехнулся, в кресло осторожно опустился, поморщился сконфуженно. Опять покряхтел! Наваждение какое-то, право слово! Всей работы – задницу пристроить.

Транспортник на месте не задержался, закруглённым носом клюнул и пошёл на посадку, норовя побыстрее. Атмосферы нет, скорость брюшком гасить не требуется, а посадочными движками отработать и не работа вовсе. Так, развлечение.

– Говорит командир транспортника!

Громкий, мужской голос ворвался в рубку, быстро и сочно её заполнил, заставил Ивана вздрогнуть и податься вперёд.

На экране возникло молодое лицо командира. Худое, энергичное, гладкое; глаза азартом брызжут, сухие губы в хищную улыбку растянуты. Вряд ли тридцать-то натикало. Молод, горяч и рад, конечно. В кои-то веки дело настоящее!

– Говори, – буркнул Иван. Голову наклонил, взгляд одобрительный погасил, ресницами глаза занавесил. Вот такие в деле и нужны. Сам выбирал именно таких. Но поощрять не за что пока, ни к чему перед делом расслаблять.

– С нами вышел на связь военный представитель Сэли с космодрома, – командир улыбнулся широко, озорно, от белых зубов аж искры брызнули.

 – Требует вернуться на орбиту и ожидать разрешения на посадку.

– Прямо требует?! – изумился Иван, головой удручённо покачал. – Я-то думал, это Мерква, а не Сэли. Как полагаешь, командир, мы с координатами ошиблись, или он с перепою дуркует?

– Ясно, он! – весело откликнулся тот.

– Вот и я думаю… Хотя, не могу его осуждать. На этом летучем булыжнике только и остаётся, что хлестать горькую без удержу.

Задуркуешь тут.

Иван сокрушённо поцокал языком, вздохнул сочувствующе.

– Какое решение принимаешь, командир?

– То есть? – лицо подчинённого на экране удивлённо вытянулось. – Мне приказы князь отдаёт, а на остальных я… Продолжаю посадку, десантирую штурмовиков, далее по плану, в крайнем случае – по ситуации.

– Вот молодец! – одобрил Иван. – Планы для того и пишутся, чтобы их выполнять. Действуй! А сэлийца на меня переключи, поболтаем. Это тебе некогда, план горит, а у меня времени хватает.

Озорное лицо растворилось в синеве экрана. Порябило там слегка, помехами поиграло, и возник на сером, угрюмом фоне сэлиец. Совсем другой человек! Могучие плечи в экран и наполовину не влезли, лицо породистое, щёки массивные, ёжик белобрысый, и взгляд серых, прозрачных, глаз стальной, несгибаемый. Протыкает, как вертелом. Только на огонь осталось посадить.

– Я военный представитель Сэли! – рокотнул внушительно, веско.