Ищите и найдете

– В таком случае как же?

– Да так, что она сегодня рано утром, едва взошло солнце, освободила сына тамбовского помещика из заключения.

На этот раз была очередь за доктором не понять того, что ему говорили.

– Как, освободила сына тамбовского помещика? – удивился он. – Откуда? Из какого заключения? Или вы тоже говорите образами, сравнениями?

– Никогда к ним не прибегаю и стараюсь выражаться всегда ясно. Все, что я сказал, истинное происшествие.

– Как же это случилось?

– А вот это объяснить вам я не могу, потому что, в сущности, это какая-то таинственная история, в которой, в общем, ничего хорошего, на мой взгляд, нет.

– Да вы-то откуда узнали эту историю?

– От самого тамбовского помещика. Я, как вышел сегодня из дома, так пошел его отыскивать.

– И на работе не были?

– Да какая же тут работа? Помилуйте, ведь не мог же я оставить почтенного старца в неизвестности, когда вчера господин Трофимов упоминал об его сыне!

– Разве упоминал?

– А как же! Сей монсиньор заявлял даже, что беспокоиться о молодом человеке нечего.

– Кто это «монсиньор»?

– Все тот же Трофимов, чтоб ему пусто было!

– За что же вы его браните?

– Да как же не бранить: он уверял, что беспокоиться о молодом человеке нечего, а на самом деле этот молодой человек был завлечен в какую-то западню. И несдобровать бы ему, не явись на выручку ваша девица!

– Уж и моя.

– Как же мне называть ее иначе, если я ее имени не знаю?

– Да откуда ж она его освободила?

– Говорю вам – из западни! Как вам известно, он вышел из дому, чтобы отправиться ко мне сговориться об уроках рисования; Петербурга он совсем не знал – они с отцом живут тут первую зиму и пешком ходят мало, считая это для дворян неприличным, – а тут молодой Силин захотел пройтись, ну и заблудился! Ходил по улице и не только не мог найти дорогу к нам, но даже дорогу к себе; все, говорит, на Фонтанку попадал.

На этой Фонтанке он встретил человека почтенного вида, старца с неприятными зелеными глазами, и обратился к нему, чтобы тот указал ему дорогу. Старец заявил, что им по пути, и они пошли вместе. По дороге старец расспросил Силина, кто он, узнал, что отец его тамбовский помещик, что они приезжие и мало знают Петербург, и завел его к себе домой. Тут на него накинулись два гайдука, они связали его и посадили в какой-то подвал вроде каземата.