Балатонский гамбит

Как отрубило.

– Красивый был? – Прохорова спросила с придыханием.

– Да, только это не главное вовсе, – Наталья пожала плечами. – Я даже не знаю, что главное. Я его полюбила и все. И до сих пор люблю.

– Ох, счастливая ты, Наталья, – в голосе Нади промелькнула зависть. – Хоть и погиб, а такое было. Мне бы так.

– Так тебе, Надежда, точно не надо, – Наталья резко оборвала ее рассуждения. – Погиб, что хорошего? Чему завидовать? Спи лучше. Нам вставать рано. Тебе выспаться нужно, чтоб не зевать потом в окопе.

И, завернувшись в шинель, повернулась к ней спиной.

– Я не понимаю, что мы здесь завоевать хотим, это просто пустыня какая-то: солнце палит, ни травинки.

– Что мы здесь завоевать хотим, это не наше дело, Штефан, фюреру виднее. Я бы на твоем месте меньше рассуждал об этом.

– Очень ты, Людвиг умный, осторожный такой. Ты пушку проверил? Ее клинит все время.

– Да все клинит, жара. Мотор и тот вот-вот сдохнет.

– Фрейляйн, фрейляйн, воды не найдется? Куда это она?

– К мамаше, наверное, прятаться.

– Сейчас я посмотрю. Фрейляйн, воды…

Она в испуге бросилась в сени.

– Ты куда лезешь, куда лезешь, – тетка Анна больно схватила за руку, – в платье вырядилась. Я тебе сказала: салоп надень, чтоб до пят. Они же бешеные. Баб нету, только и ищут, какую бы дуру изловить. А ты высунулась.

– Фрейляйн…

– Нет тут никого! Никого!

– Фрейляйн, нам бы воды. Ничего не понимают, Людвиг. Ну и страна! Хоть на каком языке спрашивай, ответа не дождешься.

– Я понимаю, сейчас принесу, – она вдруг шагнула вперед.

– Куда? Куда? Вот оглашенная, – кричала тетка, схватила, стукнула по плечу.

– Пустите меня, Анна Михайловна. Я не боюсь.

– Обрюхатят, поздно бояться будет, – она вышла на крыльцо.

– Идемте, я наберу воды.

– Вы говорите по-немецки? – Штефан присвистнул. – Да мы сами наберем, только покажите, где.

– Идемте.

Она подвела его к колодцу.

– Почти пересох, – сказала, глядя в землю.

Взялась за колесо. Он подошел сзади, она напряглась, почти сжалась. Но он только осторожно отстранил ее.

– Я сам, фрейляйн, позвольте.

Зачерпнув воды, вытащил ведро, перелил в другое ведро, пустое, стоявшее рядом.

– Спасибо, фрейляйн.

Она растерянно пожала плечами, переступила с ноги на ногу, не зная, что делать: убежать не убежать. Потом подняла глаза.