По эту сторону психоза. О шизофрении устами больной

Из вежливости я смеялась каждый раз, когда кто-то прикалывался удачно или неудачно, но сама «прикалываться» даже и не пыталась, так как была уверена, что «не дано», и что стоит только мне в мыслях представить себя «приколисткой» и центром внимания, как все отвернутся от меня и будут сторониться, я стану изгоем.

В школе я разрывалась между двумя такими «интересными личностями»: между девочкой X и мальчиком Y. Я пыталась «подмигнуть» и угодить им обоим, но это стремление довело меня до полной растерянности. У них не было почти ничего общего друг с другом.

Из-за этой гнетущей проблемой (социальная «растерянность») я и стала прогуливать школу.

Родителям я говорила, что иду в школу, а сама тем временем отправлялась на прогулку по окрестностям района. Бродить со школьным ранцем мне в итоге через некоторое время надоедало, и я возвращалась домой. Отец стал замечать, что я возвращалась домой рано, и в итоге родители поняли, что я ежедневно прогуливаю, стали ругаться.

Повели меня сначала к психологу, я помню, что это была молодая девушка, и что общение с ней у меня не заладилось.

Затем повели в психоневрологический диспансер, демонстрировать моё состояние психиатрам.

Там же, в психоневрологическом диспансере, была психотерапевт. Пока родители были у психиатров, психотерапевт пригласила меня к себе.

Она спрашивала у меня о ситуации, которая вызвала у меня стресс. Я рассказала ей про того самого мальчика, который заглядывался на одну из моих одноклассниц. Она заодно спросила, нет ли меня в этой ситуации (которую она предлагала представить в виде статичной картинки).

Меня там не было. Тогда она предложила мне мысленно окрасить эту картинку в цвет, ассоциирующийся у меня со спокойствием (это был синий) и спроецировать эту картинку на стену или ещё куда-нибудь подальше, уменьшив при этом её формат. Я выполнила это задание, и мне действительно стало немного легче.

Затем за мной пришла мама и позвала в кабинет к психиатру. Там сидела очень страшная женщина, её улыбка была натужной и очень походила на оскал.

Она спросила меня: «О чём ты думаешь?» и прежде, чем я успела подумать и что-либо ответить, она повторила вопрос: «О чём ты думаешь?», проговаривая каждое слово по слогам. Я в итоге так и не нашлась с ответом. Она сделала вывод, что состояние у меня очень плохое, а следовательно, срочно надо меня положить в больницу.

Я порывалась уехать домой, словно предчувствуя это. В кармане моей куртки в тот момент как раз лежала мелочь на проезд.