Советский анекдот: указатель сюжетов

По материалам Верховного Суда СССР и Отдела по надзору за следствием в органах государственнои? безопасности Прокуратуры СССР, хранящимся в ГАРФ, был составлен аннотированный каталог документов обо всех «антисоветских проявлениях» и политических репрессиях, применяемых на основании статьи 58.10 Уголовного кодекса РСФСР с марта 1953 года по 1991 год [КМЭ 1999], давший нам более 50 записей политических анекдотов, в большинстве случаев имевших хождение в слабообразованных слоях населения – т.е. тексты, принадлежащие более демократической, самой интересной для исследователя, традиции.

К особенностям записей в данной группе источников можно отнести хорошую хронологическую локализацию сюжета (верхней границы его возникновения). Выявленные тексты позволяют выделить ряд особенностей записи текстов политических анекдотов в источниках подобного рода. Далеко не всегда в нашем распоряжении оказывается полная запись текста анекдота. Часто следователь сам до конца не понимал анекдот или использовал при записи обороты, приводящие к потере смысла. Нередко следователи делали вставки в текст, чтобы сгладить его антисоветский смысл – см., к примеру, записи 793D и 852A.

Записи из не доступных в данный момент исследователям судебных дел попали в источники других видов – в качестве примера можно привести книги историка повседневности Г.В. Андреевского «Москва: 1920—1930 годы» [АГ 1998] и «Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1930—1940-е годы» [АГ 2003]. Автор использовал выписки с текстами антисоветских анекдотов из уголовных дел, к которым он имел доступ в период работы в системе Генеральной прокуратуры.

В целом записи в источниках этого вида представляют серьезную ценность для изучения устной традиции рассматриваемого периода – помимо текстов анекдотов, фиксация которых порою датирована с точностью до одного дня, они часто содержат подробную информацию о рассказчиках и слушателях анекдотов – их возраст, национальность, уровень образования и пр. При этом абсолютное большинство источников этого вида недоступны для исследователей, в результате чего в Указатель вошла лишь 61 запись из делопроизводственной документации.

Записи фольклористов

К этому виду источников мы относим записи анекдотов профессиональными фольклористами и собирателями фольклора – любителями, окказиональные записи народной традиции в личных бумагах недневникового характера ряда современников (см. ниже о черновиках Афиногенова, а также о тетради «Bon mots» из бумаг Н.В.