Выше только любовь

За последние три года он подвергался разного рода унижениям, выслушивал бесчисленное количество грубых комментариев о своем происхождении, выполнял тяжелую работу. Все это было призвано поставить его на колени, доказать, что «крестьянину» не место рядом с настоящими воинами, рожденными для того, чтобы сражаться на поле боя. Тома не раз одолевало желание все бросить. Особенно когда его покрытые кровоподтеками мышцы горели от боли, пот сочился по телу, а рот забивался очередной порцией грязи. Однако Тома всегда останавливала мысль о том, что в таком случае придется вернуться домой с поражением.

Поэтому он страдал и терпел, и в конце концов заслужил, пусть и неохотное, уважение донимавших его людей.

– Пожалуй, тебе не стоило расставаться с молотом, – съязвил Капитан. – Меч – благородное оружие для настоящего рыцаря. Грубая сила не поможет, если ты не научишься владеть клинком. – Том уже привык к злобным замечаниям о его происхождении, поэтому не заглотил наживку, что еще больше разозлило Капитана.

 – Еще раз, – потребовал Керр (или Хам[12 - В английском языке имя Kerr и слово cur (хам, грубиян, наглец) произносятся одинаково.], как его называли другие рыцари), поднимая меч и занимая оборонительную позицию. Том стиснул зубы и прижал руку с мечом к правому виску, готовясь к атаке.

– Не думай слишком много, – посоветовал один из собравшихся вокруг мужчин.

В этом и состояла проблема Тома. Он не испытывал недостатка в силе или ловкости, но даже после трех лет постоянных тренировок так и не обнаружил в себе тех инстинктивных движений, которые, казалось, были выжжены в мускулах рыцарей, державших мечи с юности.

Как бы Тому ни ненавистно было это признавать, Капитан был прав: грубая сила не помогала. Вот почему Том раз за разом терпел унижения Керра. Капитан был мерзавцем, но зато превосходно владел мечом.

Том хотел быть не просто хорошим бойцом. Он стремился оказаться среди лучших. И если для этого нужно освоить пятнадцатилетнюю программу упорных тренировок за три года, выслушивая при этом оскорбления и издевки Капитана, он с радостью обрек бы себя на такие страдания и сделал все, что от него потребуется.

С угрюмой решительностью Том внял совету своего товарища и, стараясь не раздумывать слишком долго, сделал шаг вперед. Сложил руки так, словно намеревается нанести удар по корпусу, однако в последнее мгновение вывернул запястье и сделал выпад вниз. Но Капитан был слишком хорош, чтобы поддаться на этот трюк.