Выше только любовь

Очень доволен, – добавил он, злясь на себя за собственную реакцию. Каррик прав: ему стоило трубить о своем везении на весь свет. Леди Марджори Ратерфорд была вдовой уважаемого рыцаря и обладала внушительным наследством в виде земель по обе стороны границы, а также замком близ Пиблза. Для Тома, в его положении, это была более чем выгодная партия.

Если сама леди и была слишком прямолинейна в намеках и походила на свою кошку, к которой была очень привязана (даже больше, чем к собственным детям, как успел заметить Том), то эти недостатки с лихвой компенсировали ее молодость и привлекательность.

К тому же она слыла превосходной хозяйкой. На подобный союз Том не смел и надеяться.

Он больше не был глупцом, потерявшим голову от любви. Разбитое сердце способствовало болезненному прозрению, излечившему его от всех иллюзий. Том прекрасно осознавал собственный статус и точно знал, что нужно сделать, чтобы этот статус повысить. И удачный брак – вернее союз – был одним из средств для достижения цели.

Элизабет преподала ему отличный урок, и Том старался не думать о прошлом.

Он двигался вперед, а когда вспоминал о ней, то уже не испытывал гнева или боли. Его рана больше не была свежей и воспаленной настолько, что малейшее прикосновение к ней заставляло его внутренности содрогаться в агонии. Нет, теперь в его сердце осталось лишь притупившееся ощущение потери и разочарования. И пустота, которую ничем нельзя заполнить.

Нет, Том не осуждал Элизабет. С его стороны было сумасшествием полагать, что она когда-нибудь посмотрит на него, как на потенциального жениха.

Даже если бы их чувства были взаимны. Элизабет – не вдова ничем не выдающегося барона. Она Дуглас. И этим все сказано.

Губы Тома сжались. К сожалению, он не смог полностью оставить в прошлом свое детство и всех Дугласов. Казалось, каждый раз выслушивая очередную историю об удивительном подвиге Черного Дугласа на поле боя, Том возвращался к воспоминаниям о бывшем друге, а ныне враге. Том чертовски от этого устал.

Возможно, Джоанна и простила «сэра» Джеймса, но Том был не настолько великодушен.

Так что путешествие в Йоркшир вполне могло оказаться для него благом. В Англии Черного Дугласа боялись, а не боготворили. Его считали скорее монстром, нежели героем.

– Я буду готов, милорд. С нетерпением жду возможности сопроводить леди Марджори в ее владения, – ответил Том с гораздо большим энтузиазмом. – Можете быть уверены, я такой возможности не упущу.

Каррик кивнул.

– Хорошо.