Выше только любовь

Он всегда был единственным, на кого она могла положиться, тем, кто всегда был рядом – даже когда не был, она это чувствовала. Мысль о том, что она больше никогда его не увидит, не сможет с ним поговорить, была просто невыносима. Она в нем нуждалась. Но до этого момента не понимала, насколько сильно.

Элизабет постаралась ничем не выдать своей боли.

– Я просто хотела с тобой поговорить.

– А мое желание неважно?

Девушка сделала шаг назад, не понимая, в чем он ее обвиняет.

– Конечно, важно. Но, Томми, прошло три года.

Я думала, что тебе тоже захочется со мной поговорить. А еще я надеялась, что ты больше не злишься на меня за то, что произошло во время нашей последней встречи. Ты так и не дал мне шанса извиниться.

– Я на тебя не злюсь. С какой стати? Ведь это была моя вина. – Он говорил так спокойно, так безразлично, и было трудно поверить, что этот же человек мог пылать страстью. Элизабет даже захотелось, чтобы он снова на нее разозлился. Ведь в этом случае она поняла бы, что не совсем ему безразлична.

 – Тебе не за что извиняться. Прости, если я тебя обидел. Не бойся, подобное больше не повторится. Теперь я все прекрасно понимаю.

Элизабет не знала, что он пытается сказать. Значило ли это, что он больше не испытывает к ней чувств? Она испытала облегчение. Конечно, испытала. Ведь теперь они снова смогут стать друзьями.

– У меня никогда не было намерения причинить тебе боль, Томми. Ты ведь знаешь это?

Том пристально смотрел на девушку, словно хотел ответить отрицательно, но в конце концов уступил ее искренности.

– Да.

Это стало первой трещиной в его стальном фасаде, но вместо того, чтобы отступиться и проявить терпение, Элизабет перешла в наступление.

– Значит ли это, что мы можем снова быть друзьями? – Она подняла руку и коснулась ладонью его щеки, покрытой более густой и грубой, чем прежде, щетиной. От этого ощущения по ее спине пробежали мурашки, и она произнесла: – Я по тебе скучала.

Том вздрогнул. Элизабет ощутила покрывавшие его ладонь мозоли, когда он обхватил ее запястье и убрал руку со своей щеки.

– Ты больше не можешь так ко мне прикасаться, Элизабет. Мы не дети. Кто-то может увидеть это и неправильно истолковать. Твой брат, например.

Девушка сдвинула брови.

– Джейми может убираться к черту. Мне все равно, что он думает.

– Мне бы хотелось сказать то же самое. Но в данном случае он будет прав. Ты и я… Нет никаких нас. Мы не можем вернуться к тому, что было.