Смерть пахнет сандалом

Если же паче чаяния что-то пойдет не так, то прикажу вас самих посадить на сандаловый кол и повесить на столб просушиться!

Скотина все-таки отбил еще один звонкий поклон:

– Благодарю, ваше превосходительство!

– Тебя, начальник уезда, это тоже касается! – добавил его превосходительство.

– Я, конечно, предприму все возможное, – ответил я.

Его превосходительство Юань встал и вместе с Клодтом направился к выходу из зала. Но, пройдя пару шагов, он обернулся, будто что-то внезапно вспомнил, и как бы между прочим спросил:

– Начальник уезда, слышал я, что ты привез из провинции Сычуань к себе на службу сына Лю Пэйцуня?[58 - Лю Пэйцунь (также Лю Гуанди) – лидер реформаторов, «шести благородных мужей», казненных в 1898 году.

]

– Да, ваше превосходительство, – абсолютно четко подтвердил я, – уезд Фушунь в Сычуани – родной край Лю Пэйцуня. Я в Фушуне одно время служил. Госпожа Лю с семьей сопроводила гроб с покойником в родные места. В знак дружбы во время сдачи экзаменов я приходил в дом к Лю, чтобы почтить память покойного, а также поднес семье десять лянов.

Вскоре из-за чрезмерной скорби госпожа Лю отбыла на запад верхом на журавле. Перед кончиной она передала мне на попечение Лю Пу. Тот по характеру человек внимательный, дела ведет осмотрительно. Я и устроил его курьером при управе.

– Эх, начальник уезда Гаоми, человек ты бесхитростный, прямой, не лебезишь перед власть имущими, отличаешься глубокой любовью и преданностью, – с непостижимой таинственностью проговорил его превосходительство Юань.

 – Но подотстал от жизни.

Опустив голову, я сказал:

– Премного благодарен вашему превосходительству за наставление!

– Эй, Чжао Цзя, – сказал его превосходительство Юань, – а ведь ты этому Лю Пу – смертельный враг, убийца отца!

Гад за словом в карман не полез:

– Его казнь ваш покорный слуга выполнил исключительно по приказу императрицы.

4

Жена, что же ты больше не наливаешь мне? Давай-давай, наливай, наливай. И сама опрокинь чарочку. Ты бледна.

Что ты плачешь? Женушка, не плачь, я уже принял решение. Ни в коем случае нельзя позволить, чтобы этот мерзавец заполучил сто лянов серебром и чтобы осуществились коварные замыслы этого подонка Клодта. И еще я никак не могу позволить, чтобы все вышло по желанию Юань Шикая. Юань изрезал на куски моего родного брата. Бесчеловечно! Жестоко! Ох, как безжалостно! У Юань Шикая на языке мед, а на сердце лед. Он мягко стелет, да жестко спать. Он не сможет простить мне обиду.