Атилла

Бывали и обратные случаи, когда, скажем, Иран времён династии Сасанидов, платил дань предводителю кыпчаков Кошнавазу. Бахрам-шахзада своими глазами видел, как отец до сих пор выплачивает кыпчакам дань. Сам Кошнаваз сложил голову на войне с Китаем, следом за ним ушёл к своему Тангрэ и Шимбай-хан. Казалось, рассыпались, разбрелись по свету кыпчаки. Но нет, они возродятся и окрепнут ещё больше, когда объединятся с сарматами.

Обхватив голову руками, Бахрам-бек снова погрузился в думы. Шаман терпеливо ждал ответа на своё признание.

Да, опасные люди эти жрецы. Бахрам-шахзада знает их. Придумали какие-то числа, в которые вкладывают магический смысл. Люди верят, будто своим колдовством духовные отцы могут кого угодно свести с ума. Он помнит числа: четыре, семь и двенадцать. В число «четыре» заложено четыре смысла. Первый – противоположность; второй – память, возвышающая над временем; третий – мудрость, настроенная на равенство и совершенство; четвёртый – ощущение счастья прощения. В число «семь» входят понятия: власть, управление, защита, исполнение, мышление, осмысление, труд.

По мнению шаманов, свет и тьма – это состояние вечной вражды и вечного движения. Ну и дальше всё в том же духе. Как ни старался он разобраться во всех этих премудростях, ничего не получалось.

Бахраму надо хорошенько подумать, прежде чем начинать разговор с подозрительным стариком. Наконец он сказал:

– Своё мнение я скажу тебе, атакай, когда от отца прибудет гонец.

Старик, не говоря ни слова, встал и вышел из шатра.

VIII

Для Едигера-шахиншаха тот день не был обычным. Люди, стоящие во главе государства, обычно связаны между собой одинаковыми взглядами, одной целью. Когда эти взгляды и цели расходятся, в стране начинается разброд, хаос, как в Римской империи, например. Римская империя стоит на пороге распада, мощное государство сейчас напоминает тонущий корабль. Уж не ожидает ли Иранскую империю такой же конец?

Поднявшись рано, Едигер сидел у себя в тронном зале и предавался размышлениям.

В конце концов он пришёл к решению: надо, пока не поздно, что-то делать. Нет, он не повторит судьбу Диоклетиана, трон свой не уступит никому и страну никому не отдаст. У него есть два сына, они помогут. Правда, лучший из них теперь у сарматов, но он скоро вернётся.

Шахиншах Едигер велел позвать визиря Михраба. Сановник явился в красном халате, шея была обмотана чёрным платком, голова прикрыта маленькой еврейской шапочкой.