Другая сторона стены

Хвостову было лет шестьдесят, и он со своими этими печально опущенными уголками слишком светлых глаз походил на какого-то восточного эмира из старинных книг.

Он слегка раскинул руки в приветственном жесте, но на лице его, вечно задумчивом, при этом не дрогнул ни один мускул:

– Похвально, похвально, Николаева, что вы вместе с Никоновой и…эм…

– Лебедевым, – с услужливым видом подсказала Ира. Дима, стоявший чуть позади, театрально закатил глаза.

– Похвально, что вы втроем решили, так сказать, приобщиться к настоящей работе, тогда как ваши товарищи-одногруппники выбрали для себя путь наименьшего сопротивления.

Мы втроем переглянулись. Хвостов имел в виду оставшихся десять человек из нашей группы, которые выбрали практику в каких-то архитектурных бюро города и области. Это действительно было намного легче. Даже если бы эти бюро занимались реставрацией зданий, студентам мало кто доверил бы настоящую работу.

– Эм, спасибо, – я замялась и не знала, что говорить.

Рядом с Хвостовым мне всегда было некомфортно, он вызывал у меня странное ощущение, казалось, будто он исподтишка следит за всеми и изучает наши повадки, хотя это, конечно, было не так. Ира объясняла мои ощущения излишней мнительностью и предубеждением.

– У вас разве есть новенький? – Хвостов вдруг будто впервые обратил свое внимание на Павла, но я почти сразу заметила, что он его разглядывает. – Молодой человек, вы к нам откуда-то перевелись? Я вас что-то не припомню у себя на лекциях и на экзамене.

– Нет, я… простите, как ваше имя-отчество?

– Денис Игнатьевич, – Хвостов кивнул, добродушно улыбнулся и протянул Паше руку. Тот пожал ее в ответ.

– Павел Захарьин, но я не архитектор, а историк. Должно быть, вы знаете, что наши ребята тоже приехали сюда. По крайней мере, археологов во дворе уже видели.

– Да-да, знаком, – закивал он, – и что, Павел Захарьин, ты будешь вместе с археологами безносые статуи раскапывать? – он улыбнулся еще шире, обнажив два ряда удивительно белоснежных зубов.

– Да нет, – Паша пожал плечами, – я как раз здесь без каких-либо особых обязанностей, на общественных началах, можно сказать. Практики у меня в этом году нет, я просто интересуюсь историей этой усадьбы и ее хозяев, а потому вызвался помогать ребятам.

– Похвально, похвально, – вдруг задумавшись, повторил Хвостов, – раствор там какой сделать, принести – унести – и то верно.