Моя Дорога Ветров, или Всё хорошее начинается с «сайн»

Кто-то всеми силами старался зацепиться в родном городе, а у кого-то душа рвалась в дальние края, подальше от дома, даже туда, куда обычно не едут по доброй воле.

Например, в Магадан, где лагерные вышки уже пусты, но ещё целёхоньки. Теперь это выглядит странно, но только не тогда. «А я еду, а я еду за туманом, за туманом и за запахом тайги», – ещё неслось из радиоприёмников. Это уже потом станут петь: «А я еду, а я еду за деньгами. За туманом едут только дураки!» А пока ехали на комсомольские стройки, строили Байкало-Амурскую магистраль, вкалывали в студенческих строительных отрядах в дальних точках страны.

В институтской библиотеке, забыв про всё на свете и даже про то, что скоро закроется студенческая столовая, внимательнее, чем учебные лекции, мы слушали рассказы уже сильно повзрослевшей выпускницы, отработавшей положенный срок в Магаданской области. Из рассказов следовало, что своё благополучное возвращение на родину из этого проклятого людьми края библиотекарша связывала исключительно с провидением и помощью божьей.

Иные варианты ею даже не рассматривались. «Ой, девчонки! Не вздумайте! Никому такого не пожелаю!» – наставляла она студенток-малолеток.

Как часто сила убеждённости старших вызывает равносильное внутреннее противодействие младших, убеждённых в правоте своих аргументов! И потому чем страшнее рассказы звучали, тем сильнее было стремление некоторых из нас к дальнему путешествию и желание проверить себя.

А путешествовать-то мы как раз любили: дикарями объездили Крым, покоряли горы Кавказа, мчались на попутках и плавали на рыбачьем баркасе по заповедным местам Астраханской области.

А как вам отстать от поезда в Волгограде и встретить его прибытие на вокзале в Москве? Тут определённо необходим даже не кошелёк, а особый характер. А как вам путешествие верхом на … Кстати, подумайте! Как правильно: на гробе или на гробу? Короче, мы сверху, а под нами самый настоящий гроб.

Согласитесь, немного непривычно. И даже такое случалось в наших странствиях по белу свету!

Спросите у Лены Крючковой, или у Оли Спиркиной, или, в конце концов, у Нади Сытась. Это мы, Кукрюкспилсы! Именно так мы сами называли себя и свои «художества». Ведь есть же, в конце концов, Кукрыниксы.

А полное романтики время стройотряда! А какая запоминающаяся картошка, которую нынешнее студенчество воспринимает как название овоща и гарнира, не более.