Назад в СССР

Нет, распустила, испортила, изнежила, изварлыжила меня тётя Маша. Лучшее – враг хорошего.

…Ширк-ширк сухой тряпкой – нетерпеливо, с заметным раздражением. Пританцовывают, гарцуют как лошади (на следующей точке вызова клиент заждался):

– Ну, теперь чисто?!

Я вынимаю купюры. Мне хочется, чтобы это чужеродное существо быстрее покинуло стены дома. Легче самой переделать огрехи.

Я не могу с видом фурии ходить по пятам, уперев руки в боки и тыкая пальцем:

– Вот здесь тряпочкой извольте пройти. И здесь.

Стыдно, ведь мы взрослые люди, а приходится отчитывать, как нашкодившую школьницу.

Ау, тётя Маша, где ты?!

КРОЛИКИ И УДАВЫ.

Итак, я не умею ставить себя с людьми, от которых завишу. Со строителями, сантехниками, электриками, землекопами, автослесарями.

Хотя вообще-то это они зависят от меня. Они заинтересованы, чтобы сделать всё, без сучка и задоринки. Это я нанимаю их, чтобы починить сантехнику, холодильник, электрокотёл, крышу. Провести земляные работы.

По правилам игры, я должна задавать тон и ставить условия.

Но почему снова и снова чувствую себя перед ними как кролик пред удавом?!

О, я изображаю из себя деловую. Мол, не смотрите, опыта у меня ого-го. Я тёртый калач. Стреляный воробей. Меня на мякине не проведёшь. Будьте добреньки, договор об оказании услуг по пунктикам, чтобы потом никаких непоняток.

– Брось, хозяйка, – добродушно гудит бригадир Миша. – Не смеши людей. Мы тебе что, на бандитов похожи? Сфуя… То есть сделаем, как для себя. Делов-то на ёп…

Миша обиженно бьёт себя в гулкую широкую грудь.

Напирает, загоняет меня в угол, нависает, божится, дышит варёным луком. И я сникаю, сдаюсь. Чувствую себя нелепой и смешной с листочком «договора». В самом деле: выкопать траншею длиной восемь метров, глубиной полтора… Делов-то.

А что матерятся… Вон, в Кремлёвском Дворце съездов со сцены поют блатняк, через слово грязный мат. И ничего, народ доволен. Подтопывает ногами в такт, подпевает.

Через 15 минут Миша возникает на пороге:

– Хозяйка, мы так не договаривались.

Там щебёнка пошла. Дофуя… достало выковыривать.

Обещаю доплатить «за щебёнку». Ещё через 15 минут – грохот гневно швыряемых лопат и ломов, топот могучих гегемонских сапог.

– Хозяйка, давай расчёт. Наёп… То есть наткнулись на бетонную фуяку. На глыбу, в смысле. Мы подряжались – что?

– Что?

– Мы подряжались землю копать, а не экскаваторными ковшами вкалывать.

– Мы договаривались выкопать траншею!

– Вот сама и копай.