Время, Люди, Ведическое Целительство

Разбитая судьба, а может быть родственники осуждающе отнеслись к матери, узнав, каким образом родилась я.

В детском доме к детям приезжали матери,на которых и смотреть было страшно, но надо было видеть глаза детей, радость их при встрече с матерью. И они собирали конфеты, печенье, хлеб, чтобы угостить, накормить своих матерей. Мне же ждать было некого, никому я не была нужна.

От отца татарина (если можно так его назвать) мне достался только характер, который не дал сломаться одной-единственной в этом мире.

Сама не знаю, почему у меня такая неприязнь к татарской нации. От одной речи, услышанной, мне становится невыносимо больно.

Я, может быть, неправильно выразилась в том плане, что у меня неприязнь к татарской нации. Может это связано именно с моим рождением, и вот эта ненависть ко мне, к тому, что во мне есть что-то татарское, сделало мое детство и жизнь мою невыносимой. И оставила она на всю жизнь меня отверженной.

Я не одна в своей жизни. У меня есть дети и внуки. Но вся моя жизнь – это ушербность моего рождения, и оно не дает покоя моей душе.

Прожив на свете 60 лет, не испытав за все это время родственных отношений, я остаюсь все время одна. Как будто род моего рождения преследует меня всю жизнь.

Моя бабушка Марыля обладала даром исцеления. В 21 год я тоже начала видеть и невидимых людей, необъяснимые явления. Может, это было как награда за мученическую жизнь, и то, что Казахстанская земля приютила, вырастила меня, помогла выстоять, не сломиться и не скатиться вниз.

Одной-единственной в этом мире Я ОБЯЗАНА ВСЕМ КАЗАХСТАНСКОЙ ЗЕМЛЕ.

Всю свою жизнь, я, не испытавшая ни милосердия, ни любви, волею судьбы живу, благодаря тому, что Бог дал мне как дар. Чтобы приходящие ко мне люди через любовь и милосердие получали не только здоровье, но и исцеление души.

С каждым днем я все больше убеждаюсь, что судьба бабушки и деда тесно связана с моей.

Находясь среди людей, сочувствуя им и понимая их, я остаюсь как бы гостем в той стране, в которой родилась и живу. Каждому приходящему я отдаю частицу себя.

Может быть, такая жизнь и судьба у всех ссыльных, в каком бы поколении они не жили? И, если у меня течет кровь моих предков, может быть, они тоже страдали. Поэтому страдает моя душа,и нет мне покоя.