Музыкальная комната

Но моя почти слепая няня Бхакти, шедшая позади, едва ли поняла, что происходит, из-за упрятанного глубоко за щеку шарика табака, давно притупившего ее восприятие неприятных реалий жизни. Не оглядываясь, я стремглав понеслась вниз по ступеням и остановилась лишь тогда, когда вбежала в здание, где жила Дхондутаи. Несколько минут спустя Бхакти Майя, задыхаясь, догнала меня и отчитала за побег. Ей было позволено так делать, так как она пришла работать в нашу семью в качестве части приданого моей матери и оставалась там в течение двадцати пяти лет до самой своей смерти.

Входя в дом Дхондутаи, я ощущала себя в коконе комфорта и безопасности, и знала, что Бхакти чувствует то же самое.

Теперь уроки стали проходить и по субботам утром. В первое такое утро я была поражена тем, как меняется ощущение от района по сравнению с вечером. Дорога была намного спокойнее, и сутенеры, вероятно, спали. Я пришла в то время, когда Дхондутаи еще совершала утренние молитвы.

Ее комната благоухала ароматами, словно храм на рассвете.

Дхондутаи сидела напротив алтаря, свежая после омовения, одетая в нежно-розовое сари. Продолжая тихонько бормотать мантры, она поманила меня сесть рядом. Круговыми движениями она растирала сандаловую ароматическую палочку по круглой дощечке, то и дело брызгая на нее водой, так что палочка постепенно превратилась в пасту. Каждые несколько минут Дхондутаи собирала пасту указательным пальцем в миниатюрную серебряную тарелочку.

Я была зачарована этим искусным ритуалом больше, чем если бы сидела перед настоящим, сделанным в Швейцарии кукольным домиком. Дхондутаи взяла серебряные фигурки богов, положила их в большую чашу и омыла водой. Затем подняла каждую по очереди, обтерта полотенцем и поместила обратно на алтарь, где они мягко поблескивали. Теперь пришло время для душистого сандала. Средним пальцем она нанесла крошечную точку из пасты цвета охры на каждую фигурку. То же самое она сделала с красным кумкумом и желтым порошком куркумы.

Затем она развернула большой зеленый лист, сложенный как обертка и перевязанный веревкой. Внутри лежали бутоны цветов и лепестки. Она брала их по одному и клала эти пурпурные, розовые и малиновые подношения перед каждой статуэткой. Украшение было завершено, фигурки выглядели великолепно.

Раньше я видела, как моя бабушка проводит свою версию похожего ритуала, но никогда прежде не наблюдала такой нежности.