Без компромиссов

И вот, едва увидев, как его сокамерник пытается покончить жизнь самоубийством, Коулл старается остановить его, но, вынув орудие из раны, лишь усугубляет положение.

– Значит, он делал это осознанно? – поинтересовался начальник.

– Они все делают многие вещи осознанно. Это не выходит за рамки их поведения. Я имею в виду всех заключенных, сэр. Коулл не исключение.

– Но как мы знаем, Коулл попал сюда как раз по схожему делу, не так ли? Он задушил своего родственника на больничной койке. Знаете, я, кажется, все понял.

Кто еще видел этот отчет?

– Пока только я, сэр.

– Это очень даже хорошо! Вы можете немного переделать видеоотчет? Чуть-чуть переделать. Вы ведь до прихода к нам работали экспертом по поведению, к тому же у вас высшее техническое образование. Я хочу, чтобы тот момент, когда этот, как его, Каташи, сам себя убивает, исчез, а вместо этого было бы понятно, что его пырнул Коулл. Естественно, хронометраж должен быть сведен к единому знаменателю. Улавливаете мою мысль?

– Н-не совсем, сэр, – помотал головой Алькин.

– Если все предоставить комиссии так, как есть, то это будет считаться нашим упущением. Предпосылки были? Были. И вы не могли их не заметить! Даже я заметил! Они ведь раньше раскачивались как два болванчика! А потом перестали!

– Но, сэр, их состояние было на тот момент стабильным! Был такой период, потом наступил другой, это нормально. Таких случаев полным-полно.

– Да, да, Алькин, но мы сделаем отчет для комиссии так, как нам нужно. Мы предоставим им сведения о том, что Коулл был переселен в одиночную камеру.

А потом он напал на своего бывшего сокамерника буквально за минуту до отбоя. Рецидив? Да. Мы предприняли все, что было возможным? Да. Но такое случается. Увы. А если комиссия вдруг докопается до чего-нибудь, чего мы не видели? Если они вдруг интерпретируют те или иные действия заключенных по-своему? И спросит, а почему у вас потенциальные буйные сидели вместе? Да-да, Алькин, я прикрываю свою задницу, точно. Но я прикрываю задницы и всех тех, кто работает здесь. Так что сделайте так, как я сказал. Подправьте отчет, и я вас не забуду. Я обещаю.

– Х-хорошо, сэр, – Алькин боязливо кивнул, но под строгим взглядом Копельмана кивнул еще раз, уже тверже.

– Вот и отлично, идите, делайте.

Едва Алькин ушел, Копельман откинулся в кресле и деловито потер ладонь о ладонь.

– Так, дело сдвинулось, хорошо.

5

Ник лежал на койке и смотрел в белый потолок одиночной камеры.