Последний император. Жизнь и любовь Михаила Романова

Платонову было отправлено генералом письмо следующего содержания: «Не откажите, достойнейший Сергей Федорович, доставить мне в начале июня месяца или раньше отчет о Ваших занятиях за истекающий 1897–98 год и о предположениях Ваших относительно курса на предстоящий год.

Весьма обяжете, если вместе с этим пришлете и записку о том, какие статьи по политической истории нужно было бы, по Вашему мнению, прочесть Великому Князю Михаилу Александровичу в течение каникулярного времени.

Число лекций на будущий год остается прежнее…»

Несомненно, со своими обязанностями профессор справлялся хорошо.

Подтверждением этому служит содержание письма от 5 мая 1899 года: «Милостивый Государь, Сергей Федорович.

Ко дню празднования совершеннолетия Великого Князя Михаила Александровича, Государь Император Всемилостивейше соизволил назначить Вашему Превосходительству подарок из Кабинета Его Величества в 800 рублей.

Уведомляя Вас о вышеизложенном, покорно прошу принять уверение в моем глубоком уважении и преданности.

Григорий Данилович…»

Письма и телеграммы профессору С. Ф. Платонову часто посылал еще один воспитатель (и преподаватель французского языка) царских детей – швейцарец Фердинанд (Яковлевич) Тормейер. Судя по ним, он в совершенстве изучил русский язык: ни в одном из писем нет ошибок! В царской семье он служил в 1886–1899 годы, став настоящим другом и советчиком для своих воспитанников. Вернувший на родину в 1900 году после четверти века жизни в России, никому не рассказывал, насколько близко судьба свела его с Романовыми.

А все потому, что был он человеком сдержанным, немногословным, не стремящимся к известности.

Возможно, память о Ф. Я. Тормейере окончательно канула бы в Лету, если бы, как пишет корреспондент издания «Nashagazeta.ch» (Швейцария) А. Тихонов, «летом 2010 года в одной женевской семье не решили устроить в доме “генеральную уборку”, в ходе которой и наткнулись на чердаке на старый, образца 1940-х годов, чемодан, буквально набитый письмами, фотографиями и разными бумагами, остававшийся нераскрытым с 1944 года, с момента смерти Фердинанда Тормейера».

Как ни странно, он не вызывал интереса у нескольких поколений наследников.

Наконец, один из них попросил ознакомиться с содержимым чемодана владельца Женевского Аукционного дома Бернара Пиге, который и предложил выставить всё найденное на аукцион. И вот в декабре 2010 года в Женеве состоялась распродажа случайно обнаруженной коллекции.