Мариус Петипа: В плену у Терпсихоры

Поэтому вечером 26 сентября 1847 года театр был полон. Зал замер в ожидании. Интригу усилило появление в царской ложе императора Николая I. Спустя минуту-другую в наступающей темноте стал медленно подниматься занавес…

Оказалось, что вниманию зрителей представлен спектакль «нового направления», в котором зрелищность важнее содержательности. С первых минут действа радовала глаз цветущая весна в горах Сарагосы. Лучи восходящего солнца, пробиваясь сквозь туман, освещали долину, в дальнем конце которой высился замок французского генерала графа д’ Эрвильи.

Недалеко от него расположилась палатка цыган. По узкой тропинке спускались в долину ее обитатели, и следом за ними – предводитель табора Иниго (Фредерик) со своим юным слугой. Оглядываясь по сторонам, он пытался найти взглядом лучшую танцовщицу – Пахиту (Андреянова), – в которую был без памяти влюблен. Но девушки нигде не было, и он отправился на ее поиски. Когда же наконец цыган нашел ее, то осыпал упреками.

Но красавица не реагировала – она полностью была погружена в свои воспоминания. Видя это, Иниго приказал всем, кроме Пахиты, удалиться. Оставшись с ней наедине, он пытался признаться ей в любви, но та отвергла ухаживания, дав понять, что не испытывает к предводителю табора никаких чувств.

Спустя некоторое время цыгане вернулись, а вместе с ними пришел губернатор провинции Сарагоса со своим другом – французским генералом графом д’ Эрвильи – и его сыном Люсьеном, роль которого исполнял Мариус Петипа.

Губернатор попросил цыган станцевать в честь благородных гостей из Франции.

Цыганский барон приказал Пахите исполнить танец. Но она ответила отказом. Иниго в гневе замахнулся на нее, однако Люсьен остановил главу табора, и тот вынужден был отступить. Молодой граф обратил внимание на необыкновенную красоту и благородство девушки и влюбился в нее с первого взгляда. Она же, в благодарность за защиту, начала танцевать для Люсьена и знатных гостей.

К ней присоединились другие цыгане.

Праздник на сцене открылся pas de trois в исполнении Т. Смирновой, А. Яковлевой и Х. Иогансона. Классическим, до сих пор сохранившимся в репертуаре Мариинского театра благодаря филигранной отделке каждого па. Фантазия хореографа, вызвавшая к жизни разнообразие декоративных поддержек, красоту сольных и общих танцев, вызвала восхищение всех зрителей. Критик Р.