Царственные страстотерпцы. Посмертная судьба

В Петрограде после Февральской революции рабочие выдвинули требование предать смерти «бывшего царя». Впервые оно прозвучало вслед за отречением Государя от престола. Министр юстиции Александр Керенский в показаниях следователю Н. А. Соколову, который с 1919 года вел расследование убийства Царской семьи, засвидетельствует: Крайне возбужденное настроение солдатских тыловых масс и рабочих Петроградского и Московского районов было крайне враждебно Николаю. Вспомните мое выступление 7 марта в пленуме Московского совета. Там раздались требования казни Его, прямо ко мне обращенные.

Протестуя от имени правительства против таких требований, я сказал лично про себя, что я никогда не приму на себя роли Марата. Я говорил, что вину Николая перед Россией рассмотрит беспристрастный суд[22 - Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII–XX вв. / сост. Л. А. Лыкова. Вып. 8: Н. А. Соколов: Предварительное следствие 1919–1922 гг. М., 1998. Док. 57. С. 231.].

Не желая смуты в своем народе и опасаясь пролития напрасной крови, Николай II под давлением революционных настроений отказался от власти.

В дневниковой записи Императора от 2 марта 1917 года можно прочесть: Нужно мое отречение. <…> …Пришли ответы от всех. Суть та, что во имя спасения России и удержания армии на фронте в спокойствии нужно решиться на этот шаг. Я согласился[23 - Дневники Императора Николая II. Оrbita, 1991. С. 625.]. Акт отречения Николая II был воспринят в правительственных и военных кругах как «великая внутренняя победа». Он вызвал ликование во всех слоях населения. В. П. Аничков[24 - В. П. Аничков – управляющий Волжско-Камским банком в Екатеринбурге, одновременно директор-распорядитель Алапаевского горного округа. Вошел в состав Министерства финансов при правительстве Колчака. Впоследствии эмигрировал в Китай, а затем в Америку. Автор уникальных воспоминаний о революции и гражданской войне.] писал о всеобщем антимонархическом настроении, охватывавшем Россию: В то время огромное большинство русского народа радовалось отречению Императора от престола. По крайней мере я не встречал человека, который бы нашел в себе мужество не приветствовать этого акта[25 - Аничков В. П. Екатеринбург – Владивосток (1917–1922). М., 1998. С. 21.]. Но сам Император до последних дней своей жизни сожалел об этой бесполезной жертве. Государь отрекся от Престола, – вспоминал позже учитель Царских детей С. Гиббс, – потому что думал, что так будет лучше России. А вышло хуже. Он этого не ожидал.