Царственные страстотерпцы. Посмертная судьба

Но проявление столь искренней, благоговейной любви, так редко встречавшейся в последние дни заточения Государя, этот сочувствовавший большевикам охранник мог расценить только как «политическую отсталость». При большевиках любое проявление внимания, даже просто корректное отношение к бывшему правителю России было небезопасным: это могло поставить в разряд врагов новой власти кого угодно, даже самых преданных ей революционеров. Так, комиссар Яковлев[74 - Настоящее имя комиссара В. В. Яковлева – К. А. Мячин, позже он жил также и под именем К.

А. Стоянович.], вывозивший по заданию Москвы членов Царской семьи из Тобольска в Екатеринбург, приобрел себе репутацию ни много ни мало царского «верноподданного» и «германского агента» именно за относительно учтивое обращение с арестованными Николаем II и Александрой Федоровной. Исполнителем «воли немецкой власти» считал Яковлева и следователь Н. А. Соколов, хотя следственные материалы не давали оснований для такого вывода[75 - Более того, у следователя Соколова в протоколах находим немало свидетельств, подтверждающих строгое следование комиссара Яковлева заданию большевистской Москвы. Об этом рассказали оставшимся вместе с Царскими детьми Теглевой, Эрсберг, Мельник (Боткиной) и другим стрелки и офицеры, сопровождавшие Царскую чету в Екатеринбург, а затем вернувшиеся в Тобольск. Существует еще один документ-свидетельство из самой большевистской среды: Н. Сакович, бывший при большевиках комиссаром здравоохранения, присутствовал на собрании Урал-совета по вопросу переезда Царя на Урал и дал следствию следующие показания:…я остался и был очевидцем отвратительных сцен: например, был возбужден вопрос, кем не упомню, о том, чтобы устроить при переезде бывшего Царя крушение. Вопрос этот даже баллотировался, и было решено перевезти из Тобольска б. Государя в Екатеринбург. Помню, я случайно узнал, что по вопросу о перевозке б. Царя в Екатеринбург была какая-то переписка с центром большевистской власти и от центра было ясно сказано, что за целость б. Государя Екатеринбургские комиссары отвечают головой (см.: Гибель Царской семьи / сост. Н. Росс. Док. 44. С. 82).]. В своих постановлениях в качестве аргумента Соколов неоднократно подчеркивал: …ввиду данных предварительного следствия, коими выясняется поведение комиссара Яковлева при Августейшей Семье… <…> …Видно, что обращение его с Государем Императором носило характер почтительности[76 - Российский Архив. Вып. 8. Док. 80. С. 294; Док. 108. С. 359.].