Портреты из библиотеки герцога Федерико Монтефельтро

Климент упрекает тех, кто не признает первенство Моисея:

«Те, кто ради возвеличивания эллинских законов утверждают о них то же, что и о пророчествах Моисея, и вместе с тем не желают признавать источник истины, который послужил первообразом для их собственных преданий, выказывают этим лишь свою неблагодарность».

«Строматы» I, XXVI.

Наконец, христианский историк Евсевий Кесарийский (Евсевий Памфил) объявляет, что древнейший из пророков Моисей предсказал приход Иисуса Христа.

«Так и великий Моисей, самый древний из всех пророков, описывая по внушению Духа Божьего, как была создана и устроена вселенная, учит, что Творец её и Создатель всего не кому иному, как Христу, именно Божественному перворождённому Слову Своему, поручил создание низших тварей и представляет беседу Их о создании человека: «Сказал Господь: сотворим человека по образу и подобию Нашему».

«Церковная история» I. 2. 4.

Одной из задач первых христианских историков было защитить новую религию от обвинений римлян, что христиане «изобрели» новую религию, которая к истинным богам не имеет никакого отношения.

Защитить можно было, указав на древность христианских идей, а также на их присутствие в Ветхом Завете. Евсевий Кесарийский пишет:

«…будет показана древность и божественность христианства тем, кто полагает, что оно недавнего и заимствованного происхождения и думает, что оно появилось только вчера».

«Церковная история» I, 2.1.

Постепенно в христианстве сложилась формула: Моисей принес в мир Законы, а Христос – Милосердие.

Христианские теологи в своих комментариях всегда подчёркивали связь между Ветхим и Новым заветом. В Христианстве Рождество Иисуса Христа рассматривается как бы временной точкой симметрии. До рождения Христа происходят события, указывающие на последующие события, которые произошли после прихода Иисуса Христа.

Символическое удвоение есть и в названиях книг Библии: Ветхий Завет – Новый Завет. Августин в «Граде Божьем» (XVI, 26) писал: «Ибо что называется Ветхим Заветом, как не завуалированный Новый, и что – Новым Заветом, как не откровение Ветхого?»

Прекрасной иллюстрацией такого параллельного видения могут служить фрески на стенах Сикстинской капеллы в Ватикане.

Перенесёмся мысленно из далёких времён дохристианских учений во времена Федерико Монтефельтро. Аллегорический метод интерпретации благополучно дожил до XV века, хотя и несколько видоизменился.