Проломить лед

Первым пунктом значилось обретение смелости для отправки рисунков в какое-нибудь издательство, вторым – удачное замужество.

Вселенная шепот выслушивала, но понимала как-то по-своему. Папки с великолепными рисунками пылились на шкафах, в очереди воздыхателей значился один только Алекс Стэйб.

2. Монастырь Святого Николая

Прибывшие через день картины вдохновения не вызвали. На потемневших от времени досках, сквозь слой черной плесени угадывался библейский сюжет. Суровые силуэты угнетали Шарлотту, как Реквием – Моцарта.

Чтобы полюбить далекие от жизни и реальности изображения, нужно было пропитаться символикой, поверить в высшее предназначение ветхозаветных персонажей.

Работа в руках Шарлотты шла быстро и легко, только когда ей действительно удавалось «почувствовать» картину. Библейские сюжеты она не чувствовала никогда. То ли потому, что в детстве ее не водили в церковь, то ли потому, что еще один дедушкин друг, по имени Александр, заходя в гости, часто рассказывал забавные истории, случавшиеся в монастыре, где он занимал какую-то непонятную Шарлотте должность.

После его рассказов церковь переставала казаться чем-то особенным и благоговения не вызывала. Позднее тот знакомый уехал из города. От дедушки Шарлотта узнала, что Александр крупно поссорился с Юргеном.

Привезенные из монастыря экспонаты выглядели ужасно, на значительной площади рисунок лишь смутно угадывался по остаткам вздувшейся краски. Как удалось довести до столь печального состояния древние изображения, осталось загадкой.

Еще сложнее было понять замысел автора и восстановить недостающие фрагменты.

Шарлотта попросила разрешение связаться с ризничим, отвечавшим за церковную утварь. Он мог бы вкратце описать условия хранения и, возможно, имел фотографии, необходимые для полноценной реставрации. Получив благословение начальства, девушка позвонила в монастырь и договорилась о встрече.

Монастырь Святого Николая считался одним из богатейших в стране. Удобное расположение, хорошо организованная реклама, отлаженная система приема гостей, широкий выбор печатной и сувенирной продукции делали его флагманом туристической и паломнической индустрии.

От старинного города, в центре которого неприступной твердыней белели стены огромного монастыря, столицу отделяло двухчасовое путешествие на скоростном поезде. Сам город был нищ и гол, заплатки нового асфальта перемежались с потрескавшимся покрытием сорокалетней давности.