Пионеры Русской Америки

Впервые его внешний вид и повадки описал немецкий натуралист Георг Вильгельм Стеллер, участник камчатской экспедиции Беринга. Само слово «калан», вероятно, пришло в русский язык из корякского – местные охотники именовали зверя «калагой». Англичане называли его «sea otter» – «морская выдра», русские промысловики – «морской бобр», различая новорожденных «медведок» и годовалых «кошлаков». Самки калана вынашивают детенышей около семи месяцев, рожают одного, редко двух, очень долго их кормят и опекают. Большую часть времени животные проводят в воде – они быстро плавают и глубоко ныряют за рыбой, креветками, кальмарами и морскими ежами.

На ходу есть не любят – собирают свою добычу в особые карманы под ластами, а затем ложатся на спину в спокойном месте, на мелководье, достают из кармана добытое и поедают. Ночью и во время штормов они стараются оказаться близ берега. Поймать калана в воде непросто – это хорошо умели делать только туземцы, – но на берегу его слух и обоняние не так остры.

Каланы очень дружелюбны и спокойны; расположившись группами на берегу, они доверчиво встречали первых людей. Почуяв опасность, они ползут к воде, здесь-то самки и становятся легкой добычей охотников: они не ныряют, бросив детенышей, а подталкивают их к воде и в итоге погибают вместе с ними.

Калан не линяет, он тщательно ухаживает за своим чрезвычайно плотным и теплым мехом с густым подшерстком, согревающим в холода, поскольку подкожного жира у животного нет. Из-за своего красивого и ноского меха калан и стал главным объектом охоты на Тихом океане.

Во второй половине XVIII века северная часть Тихого океана и западное побережье Северной Америки, где велся морской пушной промысел, превратились в объект соперничества не только русских, но и иностранных купцов – из Британии, Франции, Испании, а затем и США. Конкуренция обострилась, когда стало известно об экспедициях Степана Глотова и Савина Пономарева (1758–1762), открывших Уналашку – крупнейший остров Алеутского архипелага – и гряду Лисьих островов.

Вслед за ними Петр Креницын и Михаил Левашов обследовали острова Алеутской цепи (1768–1769), зимовали там и вели пушной промысел; по возвращении Левашов подробно описал и сами острова, и их жителей. Именно эти известия стали побудительной причиной усилий по организации новых экспедиций, самыми знаменитыми из которых стали плавания Джеймса Кука, Жана Франсуа Лаперуза, Джорджа Ванкувера.