Чужеземец. Книга вторая

Едешь по своим делам и на тебя напали разбойники, а другой аристократ помог тебе от них отбиться, спас тебе жизнь, что ты делать будешь? Развернёшься и с гордым видом уедешь? Это ведь не твой хозяин, а значит, благодарить его не стоит. Или ты всё же скажешь «спасибо» оказавшему тебе помощь человеку? Что молчишь? Тут то же самое, может быть, Марэд не обратит внимания на такое, а может…, – я многозначительно замолчал.

– Не переживай, служитель, – неожиданно подал голос вроде бы совсем недавно лежавший без сознания воин.

 – Я сегодня же поблагодарю твоего бога, а в будущем буду навещать его храм.

– Не стоит этого делать, – начал отговаривать своего друга Вольмер. – Сам знаешь, что это опасно, как бы беду не накликать.

– Да перестань, – простонал раненый. – Неужели ты в такую чушь веришь?

Видно на произношение этих слов он потратил все свои силы, поэтому или уснул или снова потерял сознание. А вообще то, что мужчина очнулся – уже хороший знак, если честно, я думал, что у меня ничего не получилось, а тут гляди-ка.

Дело в том, что мне не было видно состояние этого человека, да что там говорить, я даже не понимал, как действуют рихи. Когда произносил заклинание, то понятия не имел правильное оно или нет, только в конце результат был заметен, когда с моих рук срывалось зелёное почти незаметное облачко и впитывалось в тело раненого.

После этого я надеялся, что меня оставят в покое, да куда там, остальные тоже решили воспользоваться моими услугами. Причём их не смущало то, что придётся произнести слова благодарности богу ужаса.

Когда прижало, все как-то быстро позабыли про все свои страхи, не боялись, что Марэд после упоминания его имени навестит неразумных людей. Как по мне – дурь полнейшая, если бы он пугал всех, кто о нём упоминает, то ему вообще бы никто не поклонялся.

В результате я проторчал в зале до самого утра, спасал раненых, которых было тринадцать человек, это те, у которых ранения были серьёзные. Хотя большинство из них сами могли выздороветь, но видимо решили не рисковать.

Отвлекли меня от работы всего один раз, когда примчалась мать ребёнка, которого мы спасли. Она лично решила поблагодарить отважных воинов, а мои боевые товарищи, сволочи, показали пальцами на меня, мол, это он вашему ребёнку помог, мы тут ни при чём. Женщина бухнулась передо мной на колени, да ещё и ноги мне хотела обхватить, пришлось пятиться к стене.

Благо, что её вскоре выставили из постоялого двора вместе с ребёнком, чтобы не мешала мне людям помогать.